Дома и деньги помогают – Газета Коммерсантъ № 42 (7004) от 12.03.2021

Стоимость российского госдолга обвалилась до уровней начала пандемии

Доходности ОФЗ вернулись к уровням марта 2020 года. Распродажи усилились на фоне обострения санкционной риторики и событий в Турции, говорят эксперты. Из-за роста волатильности Минфин отменил плановое размещение госдолга

Индекс российских гособлигаций RGBITR непрерывно снижался почти с начала марта. 22 марта, впервые с мая 2020 года, он обвалился ниже отметки в 600 пунктов. На торгах во вторник, 23 марта, падение котировок продолжилось: на 19:19 мск индекс опустился до уровня 593,85 пункта, а доходность по нему преодолела уровень в 7%.

Такие доходности по российскому госдолгу последний раз наблюдались год назад — в начале пандемии коронавируса и обвала цен на нефть. Но тогда ключевая ставка  ЦБ, от которой в том числе зависит стоимость ОФЗ, была выше, чем сейчас: 6% против 4,5%.

Распродажи российского госдолга продолжаются десятую сессию подряд. Еще один маркер рынка гособлигаций — десятилетние ОФЗ — также еще 22 марта обновили годовой максимум по доходности, которая закрепилась выше 7,1% годовых.

По мнению главного экономиста BCS Global Markets Владимира Тихомирова, инвесторы выходят из ОФЗ, опасаясь введения новых санкций в отношении России. Ожидается, что США представят их уже на этой неделе. «Часть инвесторов могут сокращать свои позиции в ОФЗ, потому что это рискованная часть вложений в российские активы, которая гипотетически может оказаться под санкциями», — отмечает эксперт.

На фоне распродаж ОФЗ Минфин отказался от проведения аукциона 24 марта, объяснив это «возросшей волатильностью на финансовых рынках». В таких случаях ведомство прибегает к подобной мере: в предыдущий раз в августе 2020 года с той же целью — стабилизировать ситуацию на рынке госдолга.

Тихомиров предполагает, что рост доходности госбумаг мог ускориться из-за того, что какой-то «гипотетический большой американский фонд», у которого на балансе очень много ОФЗ, решил сократить свои вложения. «Учитывая масштаб его вложений, достаточно поставить на продажу существенный пакет в ОФЗ, чтобы это привело к таким потрясениям на рынке», — сказал он «РБК Инвестициям».

25–26 марта состоится саммит ЕС, на котором, скорее всего, будут также обсуждаться санкционные меры против России. «Те санкции, которые будут введены США, скорее всего, будут поддержаны и симметрично введены Европейским союзом», — предположил начальник дилингового центра Металлинвестбанка Сергей Романчук. Ограничения могут коснуться госдолга России, говорили ранее опрошенные «РБК Инвестициями» эксперты.

Падению ОФЗ также способствуют события в Турции, считает Тихомиров. Турецкая лира обвалилась на 8% по итогам дня 22 марта, после того как президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган уволил главу ЦБ Турции Наджи Агбала. Главе государства не понравилось решение Агбала повысить ключевую ставку сразу на 2% — с 17% до 19%.

«Эти события влияют на все категории развивающихся рынков, — говорит Тихомиров. — И те фонды, которые инвестируют в категорию, а не в конкретные страны, выходят из своих вложений в развивающиеся рынки. Это может оказать давление, в том числе на рынок ОФЗ».

Третья причина — инфляционные ожидания. На прошлой неделе на фоне усиления роста цен свои ставки повысили регуляторы Бразилии и Турции. Повысил ключевую ставку и Банк России — впервые с 2021 года — с 4,25% до 4,5%.

Это стало признанием того, что «инфляцию — по крайней мере в развивающихся странах — необходимо ограничивать, и тот ценовой шок, который прежде всего происходит из-за стоимости продуктов питания по всему миру, необходимо купировать», — указал Тихомиров.

«Все это создает крайне негативный фон. То есть, с одной стороны, наблюдаются экономические проблемы в виде роста инфляции, которая в России подобралась уже к 6%, существенно отклонившись от целевого показатели в 4%. А с другой стороны, некоторые риски еще одного внешнего шока, если иностранным инвесторам придется выходить из российских бумаг. Все это вместе и дает ту ценовую динамику, которую мы видим сегодня», — подвел итог Сергей Романчук из Металлинвестбанка.

Больше новостей об инвестициях вы найдете в нашем аккаунте в Instagram

Основной инструмент денежно-кредитной политики центрального банка страны. Это процентная ставка, которая определяет минимальную стоимость денег в стране, влияет на ставки кредитов, депозитов, размер купона торгуемых облигаций. Центробанк воздействует на инфляцию и валютные курсы, изменяя ключевую ставку. Например, если ключевая ставка повышается, то кредиты и депозиты становятся дороже, а инфляция сдерживается.

Российский бизнес отложил инвестиции до начала структурных реформ

За основу исследования был взят опрос, проведенный в ноябре 2021 года Банком Англии среди предприятий частного сектора. В России опрос проводился весной 2021 года и касался инвестиций предприятий в 2021–2021 годах. В ЦБ объяснили интерес к этому периоду тем, что, несмотря на восстановление с 2021 года положительной динамики инвестиций в основной капитал, в экономике сохранялись последствия рецессии. И поэтому «было важно выявить, что сдерживало рост инвестиционной активности бизнеса.

Опрос был ориентирован в основном на крупные и крупнейших предприятия (численность персонала свыше 251 человека), «которые являются главным двигателем инвестиций и роста в российской экономике». На них пришелся 71% опрошенных компаний. В выборке были представлены промышленные предприятия обрабатывающего и добывающего секторов, за исключением компаний ТЭК («поскольку их число не является достаточным для получения репрезентативных результатов»). Из них 78% были частными, 8,9% — смешанными (частными с участием государства), 5,1% — государственными и муниципальными компаниями, 4,4% — компаниями с иностранным капиталом.

В ряде отраслей превалируют предприятия, где уровень инвестиций назван достаточным. Таково положение дел в деревообработке (80% опрошенных), изготовлении готовых изделий, резины и пластмасс (по 63%), добыче минералов кроме ТЭК (62%) в химпромышленности (59%). Иначе дела обстоят в фармацевтике, где предприятий с недостаточными инвестициями 70%, в легкой промышленности (69%), в производстве стройматериалов (63%), машин и оборудования (60%), в производстве пищевых продуктов (54%).

Аналитики ЦБ отмечают, что в пищевой промышленности потенциал для наращивания инвестиций за период с 2021 по 2021 год был практически исчерпан в связи с активными вложениями в предыдущие годы в рамках импортозамещения. Но в других отраслях с высокой долей импорта рост инвестиций могли бы подтолкнуть возможности для конкуренции с импортом, которые открылись в связи с ослаблением рубля. Однако этому препятствует низкая привлекательность этих отраслей, связанная с низкой рентабельностью, повышенным кредитным риском и неочевидными перспективами их роста.

Выяснилось, что главное ограничение для инвестиций — недостаток собственных средств. На это указали 81% предприятий с недостаточным уровнем инвестирования. 47% таких компаний отметили высокую стоимость заемного финансирования, 45% — высокую неопределенность экономической ситуации, 38% — длительный срок окупаемости инвестиционных вложений (38%). Опрос Банка Англии также показал, что недостаток собственных средств является наиболее распространенным препятствием для предприятий с ограниченным объемом инвестиций. За ним следуют ограниченные возможности получения заемных средств. «Таким образом, в отличие от британских компаний, серьезной проблемой для российского бизнеса представляется не столько доступ к заемному финансированию (занимает шестое место по степени значимости), сколько стоимость финансирования», — отмечает российский регулятор.

Проведенный ЦБ опрос показывает, что малый бизнес в России больше подвержен давлению со стороны нефинансовых факторов. Длительный срок окупаемости проектов, нехватка квалифицированных кадров, слабая защита прав собственности и высокая регуляторная нагрузка менее актуальны для компаний, с численностью персонала свыше 1000 человек, но важны для малых и средних предприятий.

В целом, отмечает российский регулятор, 91,5% предприятий с недостаточным уровнем инвестиций имели хотя бы одно серьезное препятствие, связанное с ограничением финансовых ресурсов. При этом 98,8% из них сталкивались с препятствиями нефинансового характера, а около 90,3% отметили и те, и другие ограничения. В Великобритании, для сравнения, 84% компаний с ограниченными инвестициями испытывали влияние нефинансовых факторов, 61% предприятий отмечали негативное влияние финансовых препятствий и около 50% ощущали ограничения со стороны и тех, и других. «Это говорит о том, что для стимулирования производственных инвестиций в российском промышленном комплексе необходимы прежде всего меры структурной политики, в том числе направленные на улучшение делового климата», — подчеркивает Банк России. 

Третий по значимости критерий оценки целесообразности инвестиций — период окупаемости (32%). «То есть важным была не столько доходность инвестиционного проекта, сколько его окупаемость в максимально короткие сроки. Стремление компаний к привлечению проектов с максимальной ликвидностью объясняется, скорее всего, высокой неопределенностью экономической ситуации в стране в последние годы и постоянно меняющейся конъюнктурой зарубежных рынков в условиях санкций», — говорит по этому поводу российский регулятор.

Читайте также:  Фондовый рынок для начинающих | Коротко о главном

Результаты опросов свидетельствуют, что треть компаний вкладывают в инвестиции более половины своей прибыли. При этом 47% предприятий более трети полученной прибыли оставляют на балансе. По мнению ЦБ, это говорит о том, что производители в условиях ограниченного использования заемного капитала либо накапливали собственные средства на балансе для их последующего инвестирования, либо занимали выжидательную позицию в условиях низких стимулов к инвестициям в период экономической и геополитической нестабильности 2021–2021 годов. 

Аналитики ЦБ по результатам исследования делают вывод, что относительно низкая инвестиционная активность промышленных предприятий в 2021–2021 годах была обусловлена сочетанием ряда ограничений, которые во многом носят нефинансовый характер. «Поэтому для ускорения роста инвестиций необходимо в первую очередь решать структурные проблемы в экономике, проводить меры, ориентированные на улучшение делового климата, развитие конкуренции и снижение доли госсектора», — считают авторы аналитической записки.

Баланс интересов

Заявил Владимир Путин и о важности соблюдать баланс интересов граждан и бизнеса. По его словам, россияне не должны сталкиваться с резким повышением цен на продукты. Он призвал смягчать «ценовые удары». Для этого на рынке уже существует ряд инструментов, отметил глава Ассоциации экспертов рынка ритейла Андрей Карпов.

По его мнению, в первую очередь речь идет об адресной финансовой поддержке — полученные таким образом средства граждане смогут тратить, например, на продукты. Это будет способствовать тому, что всё меньше людей будут нуждаться в самом необходимом, считает эксперт. А сохранить интересы производителей помогут меры их поддержки со стороны государства — например, субсидирование кредитов.

— Безусловно, если правительство обеспечит отсутствие «ценовых ударов», жизнь в РФ станет намного комфортнее. Если мы будем точно уверены, что завтра продукты не подорожают в два раза, бензин на 30% и так далее, мы будем уверены в завтрашнем дне, — заявил «Известиям» член генерального совета «Деловой России» Алексей Кучмин.

Обсуждалась на встрече и ситуация на нефтяном рынке. В частности, глава «Лукойла» Вагит Алекперов попросил власти найти способ стимулирования добычи сверхвязкой нефти. Мировая экономика выходит из рецессии, и скоро ограничения по добыче ОПЕК потеряют актуальность.

Соответственно, добычу надо будет вести и на сложных месторождениях, отметил руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. Россия должна в максимально сжатые сроки восстановить объемы добычи, утерянные из-за связанных с пандемией ограничений, добавил эксперт.

Сейчас, когда цена на нефть подобралась к $70, проблем с доходами бюджета нет. И правительству стоит подумать о развитии экономики, сказал эксперт «Известиям». В России для нефтяных компаний очень жесткий налоговый режим. Высока доля консолидированных платежей в бюджет в выручке.

Именно поэтому баррель доказанных запасов у российских нефтегазовых холдингов оценен фондовым рынком значительно дешевле, чем у зарубежных аналогов. Соответственно, для того чтобы разработка сложных месторождений была рентабельной, нужен более мягкий налоговый режим, добавил Александр Разуваев. В данном случае речь должна идти о льготной ставке НДПИ, считает эксперт.

Обсуждалось на встрече и развитие экспорта строительных услуг. Возможности строительной отрасли сейчас значительно выросли, поэтому экспорт стройуслуг выглядит вполне реалистично, заявила «Известиям» руководитель подкомитета «Деловой России» по градостроительной политике в субъектах РФ Елена Киселева.

Сама по себе «строительная услуга» — уже предмет возможного экспорта, добавила она. Сейчас стоит заняться разработкой единой цифровой системы управления строительным комплексом — так называемой системой суперсервисов для последующего их экспорта, подытожила она.

Над материалом работали: Дмитрий Лару, Роза Алмакунова, Валерий Воронов, Екатерина Виноградова, Мария Перевощикова, Евгения Перцева

Глобалистская идеология: россия должна оставаться сырьевым придатком запада

Что мешало начать строительство этих объектов ещё два года назад, непонятно. Хотя почему непонятно? Всё тут вполне ясно, считает обозреватель Царьграда. Так проявлялась та самая либеральная монетаристская идеология, которая заключается в том, чтобы высасывать лишние, по мнению сторонников этой идеи, нефтедоллары из экономики и вкладывать их в американские облигации.

Это та самая глобалистская идеология, которая подразумевает закрепление за Россией роли сырьевого придатка Запада. Чтобы мы продавали нефть и газ, а на вырученные деньги закупали бы всё необходимое. При этом лишние деньги, которые у нас вдруг возникали от продажи дорогой нефти, мы бы вкладывали в американскую экономику. В этом случае, может быть, даже нам и жить позволяли бы если не богато, то средненько. Ну как средненько – на уровне какой-нибудь латиноамериканской страны.

Но, разумеется, нас, государственников, всё это устроить не может. И перемены в 2020 году произошли стремительные. Пандемия, как ни странно, помогла государственникам получить реальные рычаги управления экономикой. Во всяком случае, её реальным сектором. А для его развития нужны инвестиции, и все шаги Андрея Белоусова направлены на достижение именно этой цели.

Дома и деньги помогают

11 марта президент России Владимир Путин встретился с представителями крупного российского бизнеса, предупредив, что начал готовить свое ежегодное послание Федеральному собранию и что мнение бизнеса его интересует. При этом специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников считает, что Владимир Путин рассчитывал на долгосрочную благодарность бизнесменов за беспрецедентную поддержку во время пандемии, а, не дождавшись ее, сделал то, к чему привык за годы знакомства со всеми этими людьми, которые после этой встречи в результате ориентированы на инвестиции именно в Россию, а не куда-нибудь, не дай бог, еще.

Эту видеоконференцию смело можно назвать беспрецедентной. Такого количества участников таких весовых категорий не было не только за время пандемии, но и вообще. Если бы Владимир Путин встречался с представителями крупного бизнеса, как обычно, в Екатерининском зале Кремля, они не поместились бы ни за каким столом. А так было, конечно, проще. Кто-то мог бы и не прерывать, к примеру, отпуск, связанный, скажем, с кратким и нервным броском за границу (следовало только в ничем не выделяющейся комнате с белыми стенами найти и поставить родной флаг за спину, который в крайнем случае можно было на полчаса снять с флагштока на корме яхты), а те, у кого отпуск за время коронавируса превратился в тяжкий образ жизни вдали от Родины, могли не менять этот образ (некоторые, судя по бессердечно и даже предательски выдававшему их загару, и не стали). Но вот Роман Абрамович, например, нашел в себе силы предстать перед президентом из Москвы, а по нынешним временам это поступок, свидетельствующий об особом отношении к таким несомненным символам государства, как его глава.

Хотя на самом деле связь в таких случаях должна быть устойчивой и защищенной, так что к участникам встречи предъявлялись, по данным “Ъ”, повышенные требования.

Президент отчитался о том, как государство во время пандемии поддерживало компании:

— Вы знаете, Банк России в прошлом году снизил ставку на два пункта до исторического минимума — 4,25%, а бюджетные стимулы по линии правительства составили примерно 4,5% ВВП. Это много для нашей страны. И это несмотря на то, что цены на нефть весь прошлый год находились на очень низких уровнях, а на пике кризиса даже оказались отрицательными, что вообще раньше трудно было себе представить.

Очевидно, что он ждет ответную любезность от бизнеса, который теперь должен стране. В этом вообще состоял весь смысл встречи. Следовало зафиксировать эту мысль у всех на глазах. А то ведь могли и мимо пройти с беззаботным видом.

Он ничего от них и не скрывал:

— Испытания кризиса показали, насколько важно, когда бизнес, компании на деле, конкретными решениями демонстрируют ответственность за страну, за регион, за город, в котором они работают, за специалистов в их коллективах, реализуют проекты в социальной сфере, в области защиты окружающей среды. И напротив, и в нашей стране, да и во всем мире, мы видим, с какими серьезными проблемами сталкиваются компании, которые в погоне за сиюминутным результатом забывают о работе вдолгую, на перспективу.

Расходы на решение этих проблем, на преодоление их последствий порой в разы превышают мнимую экономию.

Читайте также:  Штраф за просрочку платежа по кредиту (пеня за просрочку кредита) | Банки.ру

Был намечен список выступающих, первым в нем значился председатель правления и генеральный директор «Фосагро» Андрей Гурьев. Ему было в чем отчитаться, ведь он — на передовой:

— С 2021 года в отрасли минеральных удобрений начался новый инвестиционный цикл, было инвестировано свыше 1,3 трлн руб. Только компания «Фосагро» вложила свыше 300 млрд, направляя на эти цели фактически всю чистую прибыль. Выпуск удобрений в России вырос более чем на 35%. Мы обогнали США и уверенно удерживаем второе место в мире. Это происходит, кстати, на фоне усиления давления на наш сектор на зарубежных рынках. Недавно в США было проведено компенсационное расследование, введены пошлины на российские удобрения до 47%!

И разве не справедливо, что успешно противостоящие внешней агрессии первыми получают слово на таких встречах?

При этом в господине Гурьеве (в отличие от некоторых других, как показала эта встреча) можно было не сомневаться: инвестировать «Фосагро» будет в Россию, тем более что с точки зрения бизнеса это, по его заверению, самое выгодное:

— Год назад я докладывал, что производители удобрений вложат в строительство новых заводов в следующие пять лет триллион. Но благодаря новым инструментам, в первую очередь СЗПК (соглашение о защите и поощрении капиталовложений.— “Ъ”), в ближайшие пять лет наша отрасль увеличит инвестиции до 1,6 трлн руб. Только за последние три месяца производители удобрений уже подписали пять СЗПК на сумму 430 млрд руб. То есть это реальные инвестпроекты, это реальные деньги, которые будут вложены в Россию. Соответственно, это новые калийные рудники, это развитие фосфатной базы, строительство новых производственных комплексов и, конечно, создание более 10 тыс. высококвалифицированных рабочих мест и дополнительные налоги.

Глава «Р-Фарм» Алексей Репик рассказал о препарате для лечения аутоиммунных заболеваний «Артлегиа», в который были вложены 18 млрд руб. и привлечен кредит ВЭБ.РФ.

Это была, по его признанию, очень рискованная инвестиция, а в результате «когда мы столкнулись с COVID-19, оказалось, что именно “Артлегиа” в состоянии остановить развитие цитокинового шторма и благодаря препарату уже более чем 200 тыс. пациентов в России удалось сохранить здоровье и жизнь».

Если это так, а сомневаться оснований нет, то ничего выше такой инвестиции и нет.

Сейчас «Р-Фарм» сосредоточен на выпуске вакцины против коронавируса (по данным “Ъ”, это «Спутник V») на площадках в Ярославле, Ростове Великом и Москве, а сам господин Репик стал между тем автором неочевидного афоризма, заставившего господина Путина смеяться:

— Инвестиций не бывает без прибыли, но необязательно прибыль означает инвестиции.

Это было, можно сказать, даже чистосердечное признание.

При этом я обратил внимание, что выступающие понемногу переходили к тому, что для надежных бесперебойных инвестиций бизнес нуждается в серьезных послаблениях. Господин Репик не стал исключением:

— Прошу по итогам сегодняшнего совещания дать соответствующее поручение о проработке системы стимулов, в том числе налоговых, для ускорения инвестиционного процесса!

То есть вместо того, чтобы просто отблагодарить государство за его бережное к ним отношение во время пандемии, предприниматели в благодарность за свои не состоявшиеся пока инвестиции уже настаивали на стимулах, более того — на системе стимулов.

Глава совета директоров ПАО «Трубная металлургическая компания» Дмитрий Пумпянский заявил, что надо «четко регламентировать перечень организаций, требующих согласования в зависимости от объекта капитального строительства, и сократить количество обязательных требований при проектировании объектов», а также «регламентировать порядок прохождения экспертиз, очень важно».

Все шло к тому, что государство всегда будет должно бизнесу, а не наоборот. То есть все шло так, как обычно идет на таких встречах.

Григорий Березкин, председатель совета директоров группы компаний ЕСН, не побоялся предложить новую финансовую модель в отношениях инвестора с государством. Эта модель требует усилий прежде всего от государства:

— Уже пора задуматься не о точечных решениях, а определенном финансовом инструменте, который мог бы хеджировать в периоды низких цен… Инвестор видит, что средние цены на продукт, который он производит, позволяют ему нести долговую нагрузку. А вот в период низких цен у него финансовый поток не позволяет обеспечивать его обязательства перед банками и это, согласитесь, очевидный стоп-кран для реализации любого инвестиционного проекта. Инвестор тогда, вместо того чтобы все бросить, идет в определенное финансовое учреждение и договаривается о покупке финансового инструмента, который позволит ему избежать дефолта в период низких цен, а расплачиваться с финансовой организацией он будет в период восстановления цен.

Такой подход, по мнению господина Березкина, позволит избежать влияния волатильности мировых цен.

— У нас,— признался он,— даже родилось название для такого инструмента — контрциклическое хеджирование. Мы предварительно обсудили этот вопрос с банками, бизнесом, конечно, и полагаем, что на роль такого финансового учреждения лучше всего подходит, конечно, институт развития ВЭБ (ВЭБ.РФ.— “Ъ”). С ВЭБом тоже этот вопрос мы проговаривали. Мы просим дать поручение Минэкономразвитию совместно с ВЭБом разработать и внедрить такой инструмент уже в этом году.

Было видно, как на этих словах оживились в одном кадре Михаил Фридман (член совета директоров Альфа-банка.— “Ъ”), который просто рассмеялся, и Петр Авен (председатель совета директоров Альфа-банка.— “Ъ”), который слегка, казалось, помрачнел. Они, видимо, уловили нюансы.

Идея между тем ведь на самом деле казалась простой и без осознания нюансов: Григорий Березкин предлагал государству брать на себя риски частных компаний в проектах, которые начинают разваливаться на фоне более глобальных рисков — или просто начинают разваливаться.

Более того, Григорий Березкин сформулировал эту интересную концепцию как уже согласованную со всеми систему взглядов и принципов.

Глава госкорпорации развития ВЭБ.РФ Игорь Шувалов был все-таки аккуратен. Он заявил, что это была бы «большая институциональная новая работа, которая позволяет создать как бы рамку юридического поведения, для экономической стабильности необходимо записывать эти поручительства, гарантии или модернизированную фабрику проектного финансирования», «больший риск, который в этих условиях, наверное, нам надо брать на себя»… «Но если мы этот риск берем, тогда надо понимать, что в конечном итоге институты развития предъявят определенные убытки, если будет неблагоприятно складываться ситуация в отношении какого-то проекта»,— предупредил господин Шувалов.

Это было все-таки что-то новенькое для него, и он пытался на ходу осмыслить:

— Или как Григорий Викторович (Березкин.— А. К.), например, говорит, что конъюнктура будет неблагоприятной, цены будут падать в какой-то момент, в этот момент Банку развития нужно предоставлять коммерческим банкам покрытие по их кредитам!..

Он все-таки не отрицал, кажется, тут для ВЭБ.РФ возможности заработать, но и, казалось, все время хотел переспросить: вы что, серьезно?

А похоже, что серьезно.

И в этих условиях, чем черт не шутит, Игорь Шувалов предпочел на всякий случай побороться прежде всего за свою госкорпорацию:

— Во всех этих условиях, Владимир Владимирович, нужно нам научиться работать с Минфином так, чтобы пусть это даже не безусловный долг, но как условный долг, в случае если происходит дефолт, то тогда это наша совместная ответственность такой долг покрыть! И в этом смысле надо тогда по-другому взглянуть на наш баланс. Потому что нам все время задают вопрос: почему у ВЭБа возникает убыток в то время, когда другие кредитные организации, которые предоставляют кредит, прибыльны?!

В этом и есть суть нашей деятельности: чтобы у коммерческого банка в этих условиях появилась прибыль, часть риска, который, возможно, приведет к убытку, должна быть на плечах и на балансе Банка развития!

То есть Игорь Шувалов просил о новом финансировании (а не так давно ВЭБ.РФ уже был докапитализирован), что было тоже понятно.

Впрочем, идея не вызвала восторга ни у главы Центробанка Эльвиры Набиуллиной («Чтобы не было так: когда цены низкие — помогает государство, а когда цены высокие — это идет чисто в прибыль (компании.— А. К.)»), ни у главы Минфина Антона Силуанова («По контрциклическому хеджированию согласен полностью с позицией Эльвиры Сахипзадовны. Здесь просто речь идет о чем? О том, что предлагается как бы вершки забирать себе, а корешки, в случае рисков, относить на бюджет Российской Федерации! Наверное, не совсем это корректно, хотя понятно с точки зрения бизнеса…»).

Читайте также:  Статистика:Иностранные инвестиции в Россию — Русский эксперт

Бизнесмены между тем предлагали вернуть инвестиционную льготу по налогу на прибыль и вообще заменить налог на имущество налогом на прибыль, министры (в основном министр экономического развития Максим Решетников) отбивались…

Нет, бизнес не чувствовал себя обязанным государству чем-нибудь особенным.

Глава группы компаний «Русагро» Вадим Мошкович настаивал на огромных успехах сельскохозяйственной отрасли и намекал, что повышение цен на продукты вызвано общемировой конъюнктурой, господин Путин поправлял его:

— Думаю, вы со мной согласитесь, что те успехи, которые бизнес, который работает в этой сфере, добивается таких успехов благодаря системной многолетней поддержке со стороны государства…

— Только благодаря этому! — спохватывался господин Мошкович.

— Вы говорите: цены на мировом рынке выросли, и я понимаю желание продавать по этим ценам,— продолжал президент.— Я все прекрасно понимаю. Это не только желание, связанное с тем, чтобы карманы кому-то набить, поверьте, я так не думаю примитивно (но все же «не только», то есть и желание набить карманы тоже.— А. К.)!.. Это связано и с тем, что отрасль развивается, дополнительные рабочие места. Но баланс интересов должен соблюдаться! Почему я так достаточно жестко разговаривал с коллегами из правительства (о повышении цен на продукты.— А. К.)? Ну удары внутриценовые не должны быть такими, которые имели место быть! Надо смягчать эти шаги! Ну зачем нужны субсидии на экспорт, когда цены и так высокие?! Вы сказали о трудностях в завоевании мировых рынков??? Но это так же, как с вакциной!

Владимир Путин перешел к любимой, дорогой во всех смыслах теме:

— Мировой рынок вакцин — $100 млрд. И мы видим, как ведут себя конкуренты наших производителей. Они заходят, небольшую партию продают этих вакцин, причем со скидкой, на условиях, что все остальное, что этой стране нужно будет, должно приобретаться только у этого производителя. Борьба идет за эти рынки! Понятно! И мы хотим всех поддержать! Но все-таки на первом месте должно быть вакцинирование граждан Российской Федерации! Так же как и базовые продукты питания!

Все эти два часа государство в лице господина Путина и министров на самом деле продолжало бороться с бизнесом.

Он настаивал на льготах, оно — на любви без скидок. Государство могло бы по привычке просто распорядиться. Но что-то расчувствовалось.

Впрочем, сейчас уже объяснить человеческим языком, как в начале встречи, что бизнес должен государству хотя бы за последний год, было уже невозможно. Государству повезло, если бы оно в результате встречи осталось при своих.

Но и на это надежды уже не было.

Господин Путин, впрочем, еще раз попытался, упомянув, что мнение бизнеса его интересует и в связи с подготовкой к ежегодному посланию:

— Мы видим, что происходит, допустим, за океаном. Часть лиц, которые совершили прогулку (Владимир Путин сознательно воспользовался термином другой стороны баррикады.— А. К.) в Конгресс США… 150 человек арестованы, и им грозит тюремное заключением от 15 до 25 лет. Закончатся там внутренние противоречия или нет? Мы не знаем. Мы на самом деле хотим, чтобы закончились… Потому что мы заинтересованы в стабильных отношениях со всеми нашими основными партнерами… В связи с этим как будут развиваться отношения ведущей экономики мира со своими основными партнерами и конкурентами? Мы с вами можем сказать совершенно определенно? Нет, не можем. Ну невозможно!.. В этой связи руководители компаний, акционеры сами, конечно, должны принимать решения, связанные с инвестиционной активностью, с инвестиционными планами. Но вот, имея в виду, что мы работаем в условиях большой неопределенности, повторяю: сами решаете. Но лучше — в дом! Здесь спокойней и надежней.

То есть в конце концов все-таки не выдержал и распорядился.

Андрей Колесников

Инвестиции, которых не случилось

Если говорить о союзнике Эльвиры Набиуллиной, министре финансов Антоне Силуанове, то в бытность его первым вице-премьером (к счастью, этот пост он занимал всего лишь полтора года) мы много слышали о каких-то мифических инвестициях, о том, что государство должно создать неизменные правила игры, а частники сами придут и вложат деньги.

Доходило даже до такого, что Силуанов планировал строить транспортную инфраструктуру полностью за счёт частных денег. Но такого нигде нет – ни в Китае, ни даже в хваленной ими, либералами, Европе. Государство в строительстве транспортной инфраструктуры всегда играет определяющую роль, напомнил Никита Комаров.

И что в результате? Не найдя инвесторов, Силуанов решил вовсе отказаться от строительства трассы М12 Москва – Казань, ограничившись реконструкцией трассы М7 “Волга”. С этой проблемой довольно быстро смогло разобраться правительство Мишустина – Белоусова: решение строить трассу М12 было принято в кратчайшие сроки, и не за семь лет, как планировал Антон Силуанов, а всего за четыре года. Работы начались уже в этом году, техника на участке трассы работает даже ночью, и с этим проблем уже нет.

Помимо этого, Силуанов тормозил утверждение параметров СЗПК – соглашений о защите и поощрении капиталовложений, прорывного документа для всей российской экономики. Благодаря ему реальный сектор сможет получить триллионы инвестиций. Ведомство Антона Силуанова полтора года не могло согласовать базовые параметры СЗПК, что-то пересчитывало, проводило переговоры с бизнесом и так далее.

Зато Андрею Белоусову в должности первого вице-премьера удалось запустить СЗПК в течение нескольких месяцев. И уже к концу прошлого года было подписано 25 соглашений на общую сумму более чем триллион рублей, отметил Никита Комаров.

А ведь это те самые инвестиции в реальный сектор экономики, о которых мы постоянно говорим. Это не фондовый рынок – это рабочие места, это налоги, это развитие несырьевого сектора. И эти проекты расположены по всей стране, от Дальнего Востока до Калининграда. Особенно они важны в депрессивных регионах, где средняя зарплата у населения всего около 15 тысяч рублей, из-за чего отмечается колоссальный отток жителей в более благополучные районы.

Понятно, что новые заводы, производство, инфраструктура – всё это как воздух нужно, и как можно скорее. И если бы Силуанов не тормозил утверждение СЗПК, то многое бы уже работало сейчас на полную мощность. Сегодня это всё запущено. Более того, Белоусов работает над СЗПК 2.0, которые предполагают ещё большее увеличение инвестиций в реальный сектор экономики.

Конечно, как и всегда, определённые вопросы есть, сейчас механизм СЗПК ещё сложно назвать идеальным, но все эти проблемы будут решаться уже в ходе реализации проектов. Главное, что они запущены, уверен обозреватель Царьграда.

И тут стоит вспомнить слова премьер-министра Российской Империи Сергея Витте:

В России необходимо проводить реформы быстро и спешно, иначе они большей частью не удаются и затормаживаются.

К этим словам известного российского финансиста и экономиста сложно что-то добавить. Ситуация с Силуановым – яркий тому пример.

Серьёзная стратегическая борьба ещё впереди

Правда, слишком уж радоваться всё равно пока что не стоит: ресурсы, которыми может оперировать правительство Мишустина – Белоусова, весьма скромные. Наиболее крупный источник – это как раз ФНБ, а взять деньги на развитие экономики можно только в финансовом секторе.

Поэтому фиксируем: что касается реального сектора экономики, то здесь блок Силуанова – Набиуллиной побеждён, в ближайшее время ожидаем роста промышленного производства, торговли, сельского хозяйства и так далее. Уже то, что наша экономика не так сильно пострадала в период пандемии по сравнению с другими странами, тоже является результатом работы правительства. А сейчас главное – это увеличить темп.

Но с финансовым сектором имеются огромные проблемы – он остаётся под контролем системных либералов, отметил Никита Комаров. Здесь государственники пока что ничего не могут сделать. Однако если мы действительно хотим выйти на темпы роста выше среднемировых, гораздо выше, не на статистические 0,1%, а раза в полтора хотя бы, то с банкирами нужно что-то делать.

В общем, тактические успехи есть, а вот стратегически предстоит ещё серьёзная борьба.

Оцените статью