Проекты

Эту идею обсуждают в Правительстве РФ. Решение должно быть принято до конца 2021 года

«Хранители Наследия»

Сохранение культурного наследия может стать приоритетным национальным проектом России. В настоящее время в Правительстве РФ рассматриваются предложения федерального Министерства культуры о включении направления «Культура» в перечень основных направлений стратегического развития страны. Концепция предусматривает реализацию в 2021-2030 гг. приоритетных проектов «Сохранение культурного наследия» и «Культура малой Родины».

По нашей информации, концепции этих проектов предполагается представить в декабре 2021 г. на Международном Санкт-Петербургском культурном форуме. Если проект получит поддержку Правительства (ожидается, что решение должно быть принято до конца 2021 года), вопрос будет вынесен на обсуждение Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам.

Задачи и смыслы

Разработчики проекта опирались на утвержденные президентским указом «Основы государственной культурной политики», а также на действующую «Стратегию национальной безопасности Российской Федерации», согласно которой культура является одним из стратегических национальных приоритетов.

Основным принципом приоритетного проекта «Сохранение культурного наследия» заявлено «Сохранение через развитие»: «Повышение доступности объектов культурного наследия, культурное и экономическое развитие территорий, воспитание и духовное развитие граждан на основе культурного наследия».

Проект призван, по замыслу инициаторов, решить следующие задачи:

— выявление, включение в государственный реестр и каталогизация объектов культурного наследия;

— совершенствование государственной охраны объектов культурного наследия;

— проведение научных исследований в области сохранения наследия и разработка научно-проектной документации;

— реставрация, консервация и адаптация объектов культурного наследия на основе комплексных программ с использованием зарубежного опыта и лучшей практики;

— создание современной отечественной реставрационной отрасли;

— организация обслуживания и доходное использование объектов культурного наследия, повышение его доступности для населения;

— популяризация культурного наследия, в том числе с использованием современных информационных технологий;

— развитие культурного туризма на основе использования отреставрированных и введенных в культурный оборот объектов культурного наследия;

— содействие развитию массового волонтерского и добровольческого движения по сохранению культурного наследия;

— правовое, финансовое и кадровое обеспечение процессов сохранения культурного наследия.

Проект планируется осуществлять в 3 этапа: 2021 – 1 квартал 2021 гг.; 2 квартал 2021 г. – 2024 г.; 2025 – 2030 гг.

Согласно концепции, на первом этапе дополнительных расходов госбюджета не потребуется, а на 2 и 3 этапах в сфере сохранения культурного наследия планируется дополнительное финансирование в размере 30 млрд рублей (в том числе за счет доходов от отреставрированных и введенных в культурный и экономический оборот памятников – «общей площадью 400 тыс. кв. м ежегодно»).

Глобальный контекст

Судя по концепции проекта, его инициаторы прекрасно отдают себе отчет в том, что значение сохранения национального культурного наследия выходит далеко за рамки специализированной отрасли. Разработчики проекта весьма внимательно изучили новейший европейский опыт, в частности, объявление Евросоюзом 2021 года Годом европейского культурного наследия и презентацию в июне 2021 года в Евросоюзе Стратегии по развитию культурного измерения внешней политики, отвечающую важнейшему приоритету Еврокомиссии – укреплению позиции Евросоюза в качестве глобального игрока. В документах Еврокомиссии подчеркнута важность сохранения культурного наследия Европы не только для поощрения культурного многообразия, развития туризма, привлечения дополнительных инвестиций, внедрения новых моделей управления и повышения экономического потенциала территорий, но и для формирования и «продвижения» «общеевропейской идентичности».

В этом контексте, делают вывод инициаторы проекта, «очевидно, что Россия, являясь страной с большим количеством объектов культурного наследия и своим национальным кодом, так же заинтересована в сохранении объектов культурного наследия, поскольку они составляют зримую память и основу для последующего развития».

Региональный аспект

Проект планируется реализовывать в первую очередь на территории регионов России с «высокой плотностью объектов культурного наследия»: Новгородской, Псковской, Смоленской, Архангельской, Вологодской, Брянской, Ярославской, Костромской, Калужской областей, а также в отдельных регионах Кавказа и Южной Сибири. По нашей информации, роль «пилотных регионов» уготована экспертами Тверской и Костромской областям.

Особое внимание должно быть уделено малым городам и историческим поселениям– с целью сохранения не только объектов наследия, но и самих городов и поселений, что, по справедливой оценке авторов проекта, само по себе является национальной стратегической задачей. Территориальное планирование реализации проекта будет согласовано с системными планами Минэкономразвития по развитию социальной инфраструктуры в регионах. При реализации проекта Минкультуры планирует координировать усилия с Минэкономразвития, Росимуществом, Минстроем, Минтрудом и другим федеральными ведомствами.

Планы и показатели

Согласно расчетным показателям приоритетного проекта «Сохранение культурного наследия», доля памятников, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр,  к концу 2021 г. должна достигнуть 70%, в 2021 г. – 80%, а с 2021 года должна составлять 100%.

С 2021 года предполагается реставрировать и вводить «в доходное использование» объектов культурного наследия — по 400 тыс. кв. м ежегодно.

Объем внебюджетного финансирования «мероприятий по сохранению объектов культурного наследия» за 15 лет планируется нарастить в 60 раз. В 2021 г. он должен составить 1 млрд. рублей, в 2021-м – 5, в 2021-м – 8, в 2021-м – 10, в 2020-м – 15, в 2021-м – 20, в 2022-м – 25, в 2023-м – 30, в 2024-м – 35, а в 2030 г. – 60 млрд. рублей.

При этом объем привлеченных внебюджетных средств с 2021 года должен значительно превысить объем аналогичных инвестиций госбюджета. Для сравнения, концепция проекта предполагает их такими: 2021 – 6,9 млрд руб.; 2021 – 8,5; 2021 – 8,1; 2021 – 7,6; 2020 – 9,3; 2021 – 8,9; 2022 – 8,3; 2023 – 10,2; 2024 – 9,8; 2030 – 9,1 млрд.

Правда, проект предполагает и дополнительное, начиная с 2021 года, финансирование сохранения памятников из федерального бюджета – по 30 млрд. руб. ежегодно.

В общем, ближе к концу 2030 года будет крайне интересно обсудить с инициаторами проекта положение дел и насущные перспективы.

Для «Хранителей Наследия» идею приоритетного проекта «Сохранение культурного наследия» комментируют

Александр Журавский, заместитель министра культуры России:

Сохранение наследия нужно осознать как приоритет социально-экономического развития

— Представляется чрезвычайно важным, чтобы среди приоритетных направлений, которые рассматриваются на Совете при Президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам, появилась культура. Ведь культура — наряду с ВПК, атомной энергетикой и космосом — та сфера, в которой Россия глобально конкурентоспособна.

Сфера культуры в России нуждается не просто в инвестировании, она нуждается встратегическом развитии и в грамотном проектном управлении. Если этого не делать, она постепенно будет утрачивать свою конкурентоспособность.

Любую страну, ее граждан отличает особый культурный, цивилизационный тип. Если сохранение и развитие культуры, ее конкурентоспособности не становится для государства стратегическим приоритетом, то рано или поздно страна, цивилизация утрачивает свою идентичность, размываемую более конкурентоспособными цивилизациями. Мы наблюдаем сегодня, как европейская цивилизация испытывает сложности с социокультурной адаптацией прибывающих миграционных сообществ. В том числе и потому, что для «новых европейцев» европейская культура не представляется родной, привлекательной и сильной. Кризис общеевропейской политической интеграции совпал с практически официальным признанием неудачи европейского проекта мультикультурализма.

Поэтому сегодня Европа в поисках надежного фундамента своей цивилизационной самобытности обращается к культуре, и в первую очередь – к своему культурному наследию. Именно в нем, а не в наднациональных политических институтах, европейская цивилизация заново обретает (или пытается обрести) собственную идентичность. Именно поэтому 2021 год объявлен в Европе годом Европейского культурного наследия.

У нас ведь не только с Востоком много общего. Нас и с Европой многое объединяет и, прежде всего, в культурном отношении, с точки зрения культурного наследия. Вспомним хотя бы Аристотеля Фиораванти, вспомним итальянских архитекторов русского классицизма. Даже расхожие исторические сравнения – «Русская Венеция», «Русская Швейцария» и т.п. – говорят о том, как много в нашей культуре уходит корнями в общеевропейское наследие. При этом были периоды, когда европейская культура в большей степени влияла на нас, а были периоды, когда Россия влияла на другие европейские культуры. В литературе, театре, балете, исполнительских искусствах. И даже в архитектуре, особенно если мы будем говорить о вкладе Русского авангарда. Поэтому и нам необходимо осознать культуру, сохранение культурного наследия как приоритетное направление социально-экономического развития нашей страны.

Тем более, что нам есть на что опереться: утверждены указом Президента Основы государственной культурной политики, в этом году принята Стратегия государственной культурной политики. Мы предлагаем – в рамках реализации этих стратегических документов – ввести сохранение культурного наследия в число приоритетных проектов, перейти в этой сфере к реальному проектному управлению, которое позволит в обозримые сроки решить многие проблемы, сформировавшиеся за два десятилетия. Это касается и реформы реставрационной отрасли, и изменений в законодательстве, и перемен в области историко-культурной экспертизы, и внедрения эффективного зарубежного опыта, и изменения ментальных подходов к культурному наследию. Необходим новый класс управленцев комплексных проектов реставрации, понимающих не только в реставрации, но и в экономике культуры, урбанистике, современных адаптивных технологиях.

Везде в мире мы наблюдаем процессы валоризации, капитализации культурного наследия, активного использования этого ресурса в экономических процессах, в развитии территорий и регионов. 40% строительного рынка в Европе – это работа с историческими зданиями. А у нас памятники до сих пор воспринимаются как «невыгодный актив». Статус объекта культурного наследия снижает инвестиционную привлекательность объекта реставрации. До сих пор не созданы условия, в том числе и налогового характера, для масштабного привлечения инвесторов и меценатов в реставрационную сферу, как это сделано в ряде зарубежных стран с сопоставимым культурным наследием.

По оценкам экспертов, общий объем инвестиций, необходимых для приведения в удовлетворительное состояние десятков тысяч объектов культурного наследия России, составляет около 10 триллионов рублей. Понятно, что таких средств нет. И даже если бы они волшебным образом вдруг появились – то нет реставрационных мощностей и такого количества реставраторов, чтобы эти средства эффективно использовать. Тысячи памятников просто не дождутся, когда до них дойдет очередь или когда появятся соответственные средства и мощности.

Следовательно, необходимо менять систему управления наследием. Нужны системные действия, которые смогут коренным образом изменить ситуацию. Ненормально, когда 160 тысяч памятников «висят» на госбюджете, ненормально, когда дорогостоящая недвижимость, некогда украшавшая наши города, находится в плачевном или даже руинированном состоянии. Первоочередная задача – даже не увеличение бюджетных инвестиций, а создание цивилизованного рынка объектов культурного наследия, с разнообразными формами государственно-частного партнерства, на который может прийти меценат, инвестор, предприниматель. Мы часто любим себя сравнивать с США. Так вот, в США, например, ключевой меценат в сфере культуры – это не государство (на него приходится всего около 7% общих расходов на культуру), и не деньги крупных корпораций и миллиардеров (около 8,4%), а индивидуальные пожертвования (около 20 процентов), благотворительные фонды (около 9%) и доходы от эндаумент-фондов (около 14 %), которые формируются также от частных или корпоративных поступлений. Я не призываю снижать государственную поддержку культуры, напротив. Но полагаю, вслед за экспертами в этой сфере, что необходимо на более системном уровне формировать многоканальную систему финансирования культуры вообще и сохранения культурного наследия, в частности.

При этом необходимо не механическое увеличение финансирования сферы сохранения наследия, а грамотное распоряжение ресурсами, их перегруппировка. Необходимы общественная консолидация в деле сохранения национального наследия, объединение усилий государства с общественными организациями, с волонтерскими движениями, через которые можно вовлекать молодежь в дело сохранения наследия, объяснять ей его значимость. И, конечно, необходима фундаментальная работа по популяризации культурного наследия, что ставит перед всеми нами задачу расширения просветительской деятельности в этой сфере.

Для решения всех этих задач мы считаем необходимым формирования Проектного офиса на базе АУИПИК, который будет и генерировать проекты в области сохранения культурного наследия, и организовывать их реализацию. Необходимо показать эффективность такого подхода, осуществить связанные с наследием пилотные проекты в ряде регионов, создать модель эффективного управления в этой сфере. Это должны быть проекты «запускающего характера», стимулирующие инвестиционную активность, развитие малого и среднего бизнеса, создание новых рабочих мест. Еще один проектный офис — «Роскультпроект» — создается для реализации других приоритетных проектов в сфере культуры, для осуществления аналитической и проектной деятельности, а также мониторинга государственной культурной политики.

И, конечно, повторюсь, необходима популяризация нашего наследия, разъяснение его глубинного, онтологического смысла как неотъемлемой части национального культурного кода.

Министерство культуры направило в Правительство соответствующие материалы с обоснованием необходимости рассмотрения культуры в качестве еще одного (двенадцатого) приоритетного направления, а в качестве приоритетного проекта —  «Сохранение культурного наследия». Проект будет представлен в декабре на Международном Санкт-Петербургском культурном форуме. Мы надеемся, что эта инициатива в том или ином виде будет поддержана. Рассчитываем, что решение будет принято до конца 2021 года.

Олег Рыжков, руководитель Агентства по управлению и использованию памятников истории и культуры (АУИПИК):

Почему у нас есть Академия ФСБ, но нет Академии хранителей наследия?

— Национальный проект «Сохранение культурного наследия» с самого начала долженопираться на конкретные проекты, реализуемые в регионах. Идея сделать сохранение культурного наследия локомотивом экономического и социального развития нескольких регионов России была подсказана нам экспертами, с которыми Минкультуры проводило консультации. Есть регионы с чрезвычайно высокой плотностью концентрации объектов культурного наследия, и этим ресурсом необходимо воспользоваться. Вовлечение памятников в экономический и туристический оборот должно дать позитивный импульс региональной экономике: помимо создания дополнительных рабочих мест, пополнения налоговой доходной базы и развития туризма, сохранение наследия повысит инвестиционную привлекательность региона. В качестве пилотных регионов экспертами рекомендованы Тверская и Костромская области, но, конечно, проект рассчитан на реализацию во всех богатых наследием регионах Северо-Запада и Центральной России.

Смысл проекта — в том, чтобы сохранение культурного наследия заняло достойное место в экономической системе страны. Сейчас ресурсом наследия все «пользуются», но адекватно в него не инвестируют в ответ. Например, ресурсы наследия активно эксплуатирует туристическая индустрия – но разве она инвестирует в него? Регионы уже получают доход от развития малого и среднего бизнеса, связанного с наследием – но разве наследие получает достойные инвестиции региональных бюджетов?

Национальный проект даст приоритеты инвестирования, создаст ситуацию, когда регионы и местные сообщества не будут пассивно ждать, пока кто-то придет и начнет спасать их памятники, создавать точки экономического роста – а сами начнут этим заниматься. Инвестировать нужно именно в базовый ресурс, в наследие, а не в бизнесы, его эксплуатирующие.

Конечно, проект имеет идеологическую составляющую: нужно менять отношение людей к наследию своего региона, своей малой родины, своей страны – как к своему достоянию. Это, с моей точки зрения, и есть воспитание патриотизма, не абстрактными призывами, а реальными проектами, в которые должны быть вовлечены местные сообщества.

Безусловно, популяризация архитектурного наследия, работ по его сохранению – как научной, инновационной, творческой деятельности – должна быть значимой частью информационной политики федеральных СМИ, в первую очередь телевидения.

С нашей точки зрения, потребуется и определенная перестройка системы администрирования в сфере наследия. Акцент должен быть смещен с «охраны» наследия на его «сохранение». Естественно, не за счет ослабления охраны и госконтроля как таковых, но за счет встраивания этих инструментов в системную государственную политику.

Необходимо, конечно, создать систему подготовки профессиональных кадров для сферы сохранения наследия, систему научных и образовательных институций. Почему у нас есть, например, Высшая школа экономики, Академия ФСБ – но нет Высшей школы или Академии хранителей наследия? За рубежом к подготовке таких профессионалов относятся очень ответственно – во Франции, например, из 600 соискателей мест в госорганах охраны наследия отбор проходят только 20 человек. И то они после этого еще 18 месяцев должны проходить специальное обучение, и только потом их «подпускают» к памятникам. В странах Европы существует целая специализированная отрасль науки – Heritage Science, посвященная культурному наследию и его сохранению, в том числе с помощью новейших физики, химии, микробиологии.

АУИПИК мы рассматриваем как своеобразный полигон национального проекта. Уже сегодня на наших объектах реализуются и разрабатываются проекты, в которых отрабатываются подходы к сохранению наследия как части стратегии развития территорий и регионов.

Мы приступили, например, к проработке с Ингушетией крайне перспективного проекта «Культурный ландшафт Джейран-Асс», который позволит сделать этот заповедник точкой роста республиканской экономики.

У нас есть очень интересный проект в Угличе, где на базе исторического особняка Зиминых и прилегающей территории мы рассчитываем создать Центр кустарных ремесел с Ярмарочной площадью, который будет объединять в своей деятельности музейные и просветительские функции с торговыми и развлекательными. И одновременно повышать туристическую привлекательность города – разными способами, вплоть до воссоздания технологии производства русских стеклянных бус XIII столетия, известных по раскопкам.

Мы продолжаем работать над проектом восстановления Императорских конюшен в Петергофе, который предполагает не только реставрацию комплекса памятников архитектуры, но и воссоздание национальной русской школы верховой езды как нематериального культурного наследия. Работаем над этим совместно со специалистами Совета по конному наследию Франции – они с большим энтузиазмом отнеслись к такому начинанию.

Интересный проект складывается в промышленной усадьбе Арженка в Тамбовской области, где мы планируем не только отреставрировать сохранившиеся здания, но возродить эту усадьбу как действующий хозяйственный комплекс, что даст импульс развитию целой территории.

/»Хранители наследия»/