Иностранные инвестиции и равнодушие властей: тренды российского венчура | РБК Тренды

Иностранные инвестиции и равнодушие властей: тренды российского венчура | РБК Тренды Надежные вклады

Вложения иностранцев в российские компании упали более чем в 20 раз

В первом и четвертом кварталах 2020 года наблюдался отток прямых иностранных инвестиций из России. По итогам же всего года иностранцы на долгосрочной основе вложили в российские компании $1,4 млрд — это уровень середины 90-х

Общий объем новых прямых иностранных инвестиций в российские нефинансовые компании по итогам 2020 года составил $1,4 млрд, что более чем в 20 раз меньше показателя 2022 года ($28,9 млрд), следует из данных Банка России по платежному балансу.

В материалах ЦБ отмечается, что в первом и четвертом кварталах 2020 года наблюдался отток средств инвесторов, составивший $4,1 млрд и $0,9 млрд соответственно. Потери были компенсированы во втором—третьем кварталах ($5,9 млрд и $0,5 млрд), однако итоговый результат оказался наименьшим в XXI веке.

В последний раз, по данным ЦБ, меньше чем в 2020 году сумма прямых иностранных инвестиций в российские компании небанковского сектора была в 1994 году. Тогда она составила $0,634 млрд. В конце девяностых — в 1998 и 1999 годах — показатель находился на уровне $2,5–2,8 млрд.

Максимума сумма прямых иностранных инвестиций в российские нефинансовые компании достигала в 2008 году, когда вложения нерезидентов достигали почти $65 млрд. Следующий всплеск пришелся на 2022 год ($60 млрд), но уже в следующем году инвестиции упали более чем втрое, до $17,637 млрд, а еще через год — до $6,264 млрд, после чего вновь начали расти.

Портфельные инвестиции иностранцев в российские компании в 2020 году сократились на $14,1 млрд: только за второй квартал отток средств ($7,3 млрд) оказался больше, чем за весь 2022 год ($4,2 млрд). В последний раз портфельные инвестиции иностранцев в небанковский сектор российской экономики сокращались сопоставимыми темпами в 2022 году (минус $12,3 млрд).

В статистике ЦБ под прямыми инвестициями понимаются вложения средств, когда иностранный инвестор владеет 10% и более в капитале компании. К прямым инвестициям относится не только исходная операция по приобретению доли в предприятии, но и все последующие финансовые операции между инвестором и данной компанией — приобретение долевых и долговых инструментов, а также реинвестирование доходов.

Падение прямых иностранных инвестиций связано с экономическим кризисом, вызванным пандемией, — он привел к резкому обрушению спроса во всех экономиках, включая российскую, и к резкому сокращению потоков капитала и инвестиций, отметил главный экономист БКС Владимир Тихомиров. «Цифра — $1,4 млрд — не удивляет, я бы даже мог ожидать по итогам года небольшого чистого оттока прямых инвестиций», — добавил он.

По словам Тихомирова, в России прямые иностранные инвестиции большой роли никогда не играли, поскольку в их структуре значительную долю составляют офшорные зоны. Тот капитал, который приходил под маркой иностранных инвестиций, фактически был российским репатриированным капиталом, отметил он. В 2021 году, по мнению экономиста, гипотетически можно ожидать улучшения показателя ПИИ, потому что со второй половины года все ожидают начала восстановления и российской, и мировой экономики. «$20 млрд и более, которые были в 2022 году, в этом году мы не увидим, но таких низких показателей, как $1,4 млрд, тоже не будет», — уверен Тихомиров.

Инвестиции в рф: динамика позитивная, но ”вялая”

Инвестиции в РФ

По данным Росстата, в первом квартале 2021 г. зафиксирован прирост инвестиций как к первому кварталу 2020 г. (2%), так и к соответствующему периоду 2022 г. (4,8%). Это может свидетельствовать как о реальном окончании рецессии, так и о выделении в экономике ряда “передовых” секторов (стратегически важных в период пандемии) при торможении инвестиционного процесса в других ВЭД. Также можно говорить хотя и о позитивной, но весьма “вялой” общеэкономической конъюнктуре, а именно о росте инвестиций и ВВП примерно на 2% в год (как и до рецессии). При этом признаков ускорения инвестиционной динамики в соответствии с планами правительства (5,4% среднегодового роста инвестиций) пока не наблюдается, хотя объективные предпосылки к этому есть.

Быстрое преодоление кризиса при возврате к докризисной замедленной динамике

Индикаторы инвестиций, на наш взгляд, сейчас не менее важны, чем показатели ВВП, так как они говорят о скорости модернизации экономики; при этом их сегодняшний уровень (со снятой сезонностью) – на 2,4% ниже абсолютного докризисного максимума объема инвестиций, достигнутого еще в первом квартале 2022 г., то есть показателя более чем восьмилетней давности.

Говоря о динамике (но не об уровне) двух ключевых экономических индикаторов – инвестиций и ВВП, – можно отметить, что, с одной стороны, мы пока видим гораздо более высокую скорость выхода из кризиса, чем в ходе предшествующих двух рецессий, при этом нынешняя траектория восстановления напоминает очень сжатую букву V, а инвестиции растут уже в течение 9 месяцев, включая первый квартал 2021 г. С другой стороны, в первом квартале 2021 г. прирост ВВП после двух кварталов роста, по оценкам экспертов НИУ ВШЭ, наоборот, опустился в отрицательную зону, составив -0,30%% (рис. 1), что находится в диссонансе с более оптимистичными оценками Росстата, которые говорят о падении всего на -0,01%. Расхождение может, в частности, объясняться различием используемых методов учета календарного фактора и устранения сезонности.

Рис. 1. Динамика ВВП и инвестиций в основной капитал в реальном выражении в I кв. 2007 – I кв. 2021 гг., I кв. 2007 г. = 100% (левая ось), и прирост к предыдущему кварталу, п.п. (правая ось), сезонность устранена

Динамика ВВП и инвестиций в основной капитал в реальном выражении

Таким образом, на фоне повышательного тренда на многих сырьевых товарных рынках можно говорить хотя и о позитивной в целом, но весьма “вялой” экономической конъюнктуре в российской экономике. Ускорения инвестиционной динамики в соответствии с планами правительства пока не наблюдается, то есть события развиваются инерционно. Говоря это, мы имеем в виду, что достижение целей национального развития России в качестве одного из ключевых ориентиров экономической политики на период до 2030 г. предусматривает увеличение объема инвестиций в основной капитал на 70% по сравнению с 2020 г., то есть прирост в сопоставимых ценах на 5,4% в год. А этот ориентир в 2,5 раза превышает и текущие темпы роста, и среднегодовой прирост в размере 1,9% за 2022–2022 гг.

При этом ВВП, если учесть динамику первого квартала, растет неустойчиво, а июньский всплеск заболеваемости в России коронавирусом на фоне очень быстрого снятия большинства ограничений (которые к тому же слабо выполнялись населением), и медленных темпов вакцинации, к сожалению, может вызвать новую краткосрочную волну снижения и инвестиционной, и в целом экономической активности.

Читайте также:  Вклады Уральского Банка Реконструкции и Развития в Серове - проценты по депозитам, выгодные ставки в 2022 году

Инвестиции в сектора и COVID-19

На фоне падения инвестиций в целом за 2020 г. на -1,4% в последнем квартале прошлого года они выросли на 1,2% год к году, а в первом квартале 2021 г. рост составил уже 2,0% (как по полному кругу компаний, так и по крупным и средним предприятиям) на фоне продолжения падения ВВП темпами -0,7% год к году. Прирост же к первому кварталу 2022 г. составил 4,8% (табл. 1). Может показаться, что в целом объем инвестиций заметно превышает “доковидный”, однако, это, если удлинить ретроспективный временной горизонт, не так: “золотой период” инвестиционной активности в российской экономике приходится на более ранний период 2000–2022 гг. со среднегодовым приростом в 9,1% и максимумом по объему в начале 2022 г. Кроме того, для понимания ситуации следует рассмотреть и структуру инвестиций в 2020 г., поскольку хорошо известно, что кризис, индуцированный пандемией, дал большие возможности одним отраслям, существенно ослабив при этом другие.

При использовании данных со снятой сезонностью в динамике инвестиций наблюдается аналогичная картина (2% годового роста при 0,5% к предыдущему кварталу в начале текущего года). Анализ этих данных показывает, что по итогам первого квартала 2021 г. инвестиции были на 0,7% ниже докризисного локального максимума последних лет, достигнутого в третьем квартале 2022 г. При этом ВВП был на 2% ниже абсолютного максимума, достигнутого в четвертом квартале 2022 г., что, помимо прочего, говорит о том, что торможение инвестиционной активности в российской экономике началось еще за несколько месяцев до пандемии и падения ВВП, и в связи с этим (но не только поэтому) прогнозировать сроки полного восстановления докризисных объемов инвестиций и ВВП пока весьма сложно (табл. 1; табл. П1 и рис. П1 и П2 в Приложении).

Добывающая промышленность переживает не лучшие времена: снижение инвестиций в первом квартале 2021 г составило здесь 6,3% к первому кварталу 2020 г. и 6,7% к аналогичному периоду 2022 г. (табл. 1). Играет роль не только непростое положение нефтегазовой отрасли, столкнувшейся с вынужденным ограничением добычи нефти (снижение в январе-апреле 2021 г. на 10% год к году), но и падение объемов производства сжиженного газа (почти на 5%). В результате, несмотря на рост в этом году добычи природного газа на 11%, инвестиции в нефтегазовый сектор снизились относительно первых кварталов 2020 и 2022 гг. на 13,5 и 3% соответственно (см. таблицу П1 в Приложении). При этом следует отметить положительные тенденции в добыче металлических руд, связанные с ростом цен на золото, а также с благоприятной текущей ситуацией на рынке алюминия, меди и других металлов. Это привело к росту инвестиций в рудный сектор на 36 и 52% соответственно.

Таблица 1. Инвестиции в основной капитал в I квартале 2021 г. в разрезе основных (укрупненных) видов экономической деятельности (без учета неформальной деятельности и малого бизнеса, за исключением первой строки)

Иностранные инвестиции и равнодушие властей: тренды российского венчура | РБК Тренды

Источник: Росстат, расчеты Института “Центр развития” НИУ ВШЭ

В обрабатывающей промышленности, напротив, наблюдаем наращивание инвестиций ( 3,3% к первому кварталу 2020 г. и 7% к первому кварталу 2022 г.). Лидером по приросту инвестиций среди ее крупных секторов является автомобильная промышленность, увеличившая их относительно 2020 г. на 110%(!). Однако прирост к первому кварталу 2022 г. невелик (около 8%), что говорит о том, что для автопрома предковидный период был в плане инвестиций провальным; то же можно сказать о двух других лидерах по годовым темпам прироста инвестиций в текущем году – производстве одежды и мебели (табл. П1). Серьезный прирост инвестиций относительно первого квартала 2022 г. за счет быстрой динамики в 2020 г. отмечен также в производстве лекарств, резиновых и пластмассовых и прочих готовых изделий, продуктов питания (табл. П1 и рис. 2). Это отрасли-бенефициары тенденций последнего года.

В нефтепереработке и деревообработке ситуация обратная: для них 2020 г. – при падении инвестиций год к году более чем на 5% – оказался неудачным. Однако относительно 2022 г. инвестиции в этих двух секторах в первом квартале 2021 г. выросли на 35 и 15% соответственно.

Что касается сферы услуг, самый высокий прирост инвестиций в первом квартале 2021 г. к первому кварталу 2022 г. зафиксирован в здравоохранении ( 113,8%), что легко объяснимо борьбой с пандемией (табл. 1). Однако значительная часть этого прироста образовалась еще в 2022 г., когда инвестиции в данный сектор выросли почти на 54%, а в 2020 г. они увеличились еще на 40% год к году.

Высокие приросты относительно первого квартала 2022 г. зафиксированы также в научной деятельности, образовании, индустрии культуры, спорта и досуга (на уровне 50–70%), однако здесь прирост к первому кварталу 2022 г. примерно в 3–4 раза превышает таковой к аналогичному периоду 2020 г., поскольку пандемия резко замедлила темпы инвестиций, хотя и сохранила их на уровне заметно выше средних по экономике. Однозначное снижение инвестирования (за оба периода) зафиксировано в сильно пострадавшей от пандемии сфере гостеприимства, а также в деятельности по операциям с недвижимостью.

В целом, по сравнению с 2022 г., большинство отраслей промышленности либо нарастили и производство, и инвестиции, либо продолжали наращивать производство при снижении инвестиций, с задействованием имеющихся незагруженных производственных мощностей (рис. 2). При этом нефтедобыча и в целом добыча полезных ископаемых характеризовались спадом и производства, и инвестиций. Падение цен на нефть и последовавшее соглашение ОПЕК о сокращении добычи нефти существенно уменьшило инвестиционную привлекательность отрасли, и ситуация здесь, несмотря на естественный оптимизм заявлений руководителей многих нефтяных компаний, остается неопределенной. При этом добыча прочих полезных ископаемых, а также металлургия и полиграфия, характеризовались приростом инвестиций при спаде производства – здесь имели место своего рода “инвестиции в будущее”.

Рис. 2. Прирост производства (январь-апрель 2021 г. к январю-апрелю 2022 г.) и инвестиций (I кв. 2021 г. к I кв. 2022 г.) в подотраслях добывающей и обрабатывающей промышленности, в %

Прирост производства

Источник: Росстат, расчеты Института “Центр развития” НИУ ВШЭ

Финансирование инвестиционной активности

Важнейшими внутренними источниками инвестиций в России традиционно являются собственные средства (прежде всего прибыль), долгосрочные кредиты банков и выпуск долгосрочных облигаций, а также бюджеты всех уровней. Значение IPO акций, при всей их привлекательности, пока невелико – правами собственности на свои активы компании пока делятся неохотно. В первом квартале 2021 г. на собственные средства предприятий пришлось 63,7% всех источников, на кредиты банков и заемные средства других организаций – 15,1%, на бюджеты и внебюджетные фонды – 11,4%, на прочие источники – 9,8%. При этом особенно заметно по сравнению с первым кварталом 2020 г. увеличилась доля бюджетных средств и внебюджетных фондов – на 1,8 п.п.

Кризисные явления 2020 г., связанные с остановкой ряда производств и снижением цен на нефть, обусловили уменьшение балансовой прибыли экономики почти на 20% год к году. Однако в первом квартале 2021 г. ее прирост в годовом выражении составил уже 131% (рис. 3 и табл. 2). На фоне дискуссий о необходимости изъятия сверхдоходов, возникших в силу скачка экспортных цен у ряда сырьевых секторов (в частности у металлургов), можно отметить, что по экономике в целом ситуация с прибылью выглядит весьма сбалансированно. В условиях роста балансовой прибыли в первом квартале текущего года в 2,3 раза год к году относительно первого квартала 2022 г. прибыль снизилась на -6%, а вот относительно среднегодового уровня за 5 лет (2022–2020 гг.) заметный прирост действительно есть, но весьма умеренный ( 37%).

Читайте также:  Бизнес-план по методике ЮНИДО (UNIDO) - План-Про

Объем накопленной кредитной массы в нефинансовом секторе экономики в первом квартале 2021 г. вырос на 11,2% относительно того же периода прошлого года, или на 2874 млрд руб. относительно предыдущего квартала. Последнюю сумму наряду с объемом полученной в первом квартале прибыли тоже можно рассматривать как потенциальный источник инвестиций (рис. 3 и табл. 2). При этом объем накопленной массы выпущенных нефинансовыми предприятиями российской экономики долгосрочных облигаций составил в первом квартале 2021 г. 8579 млрд руб. (или 14% от кредитной массы), а прирост этой массы обязательств относительно предыдущего квартала впервые с начала 2022 г. стал отрицательным.

Рис. 3. Номинальные ежеквартальные объемы инвестиций в основной капитал и их финансовых источников (балансовой прибыли, прироста суммы выданных кредитов нефинансовому сектору и долгосрочных облигационных займов нефинансовых компаний), экономика России в целом, трлн руб.

Номинальные ежеквартальные объемы инвестиций в основной капитал и их финансовых источников

Источник: расчеты Института “Центр развития” НИУ ВШЭ на основе данных Росстата и Банка России

Таблица 2. Объемы инвестиций в основной капитал по экономике в целом, внутренние источники их финансирования и показатели склонности к инвестированию в 2022–2021 гг., в текущих ценах, млрд руб. (если не указано иное)

Иностранные инвестиции и равнодушие властей: тренды российского венчура | РБК Тренды

Источник: расчеты Института “Центр развития” НИУ ВШЭ по данным Росстата и Банка России

В целом прирост своего рода условного показателя “кэш-флоу” (то есть суммы балансовой прибыли экономики, прироста кредитной массы и прироста облигационной массы за год) в российской экономике в первом квартале 2021 г. составил почти 30% год к году, а соотношение инвестиций в основной капитал и кэш-флоу составило около 50,4% против 61,0 и 61,6% в первые кварталы 2022 и 2020 гг. соответственно (табл. 2 и рис. 3). Это соотношение можно рассматривать как один из оперативных индикаторов, характеризующих склонность к инвестированию в российской экономике, а его динамика в абсолютном выражении и в сглаженном виде представлена на рис. 4. Из него видно, что хотя в последний год показатель склонности к инвестированию снижался со 121 до 104%, однако в целом он имеет волнообразный характер и были периоды когда объемы инвестиций превышали их условные источники примерно в полтора раза, как во второй половине 2022 – начале 2022 гг.

Рис. 4. Склонность к инвестированию: соотношение номинальных квартальных объемов инвестиций в основной капитал и их финансовых источников (объема балансовой прибыли по экономике в целом, прироста к предыдущему кварталу накопленного объема выданных кредитов нефинансовому сектору экономики и долгосрочных облигационных займов нефинансовых компаний), в %

Склонность к инвестированию

Источник: расчеты Института “Центр развития” НИУ ВШЭ на основе данных Росстата и Банка России

В заключение можно отметить, что в трех последних версиях среднесрочного прогноза Минэкономразвития (включая вариант от апреля 2021 г.) на фоне ускорения роста инвестиций до 5% и более предусматривается увеличение роста ВВП в ближайшие годы в полтора раза по сравнению с консенсус-прогнозами Института “Центр развития” НИУ ВШЭ и Банка России, то есть до 3% и более. Таким образом, независимые эксперты в среднем более сдержанно по сравнению с официальными оценками оценивают перспективы роста российской экономики. Почему так происходит на фоне многих положительных характеристик российской экономики и ее инвестиционной привлекательности? К последним, в частности, можно отнести:

– емкий рынок (включая страны ЕАЭС);

– высокое качество рабочей силы;

– высокоразвитый национальный сектор ИКТ (Яндекс, формирующиеся экосистемы СБЕР, Тинькофф, МТС и др., интернет-торговля);

– заделы в ряде высокотехнологичных секторов (атомная промышленность, химическая промышленность, ЛПК, ВПК);

– ускоряющийся рост фондового рынка и IPO, а также рынка облигаций (в том числе на основе высокоразвитых ИКТ);

– наличие предпосылок для развития обрабатывающей промышленности в рамках мировой тенденции к ре- или бэкшорингу.

Возможно, эксперты считают, что быстрому запуску нового инвестиционного цикла за счет первичного импульса (своего рода “толчка”) со стороны государственных инфраструктурных проектов (на что в прогнозах МЭР делается упор как на фактор ускорения роста ВВП) препятствует шоковая неопределенность экономической ситуации и серьезное падение в ходе пандемии загрузки производственных мощностей. В силу высокой зависимости роста инвестиций от уровня загрузки мощностей (которая, по данным опросов Росстата, за год пандемии упала на 5–10% в зависимости от сектора) основная причинно-следственная связь пока преимущественно может идти не от инвестиций к росту выпуска, а наоборот. Это означает, что простимулировать массированный приток инвестиций в экономику России сможет ускорение экономического роста за счет наличия уже существующих незагруженных мощностей, что в краткосрочном плане можно сделать за счет улучшения ожиданий бизнеса и роста оптимизма, задействования фактора низкого уровня товарно-материальных запасов (включить мультипликатор запасов), а также путем поддержания внутреннего спроса как второго по значимости (после неопределенности) фактора, сдерживающего в текущем плане экономический рост и инвестиционную активность, судя по опросам Росстата. Несомненно, рост также поддержит совершенствование “правил игры”, развитие инфраструктуры и изменение структуры экономики (на что также указывается в официальных прогнозах), но это, однако, требует больше времени для претворения в жизнь по сравнению с отмеченными выше мерами текущего плана.

Скачать обзор целиком

Методика расчета

В рамках исследования были отобраны все публичные сделки с участием отечественных стартапов, о которых стало известно в СМИ с 1 декабря 2020 года по 30 ноября 2021 года. К российским стартапам авторы исследования относят проекты в сфере высоких технологий, созданные физлицами в РФ не более десяти лет назад. Поэтому, например, в отчет не попала сделка с онлайн-кинотеатром ivi.

Сделки квалифицировались по лид-инвесторам в них. Если же данные о лид-инвесторе отсутствовали, авторы обращали внимание на основных участников раунда. Авторы не включали закрытые сделки по покупке контрольных пакетов в компаниях, а также сделки, в ходе которых инвестор объявлял о стремлении позднее получить контроль в проекте.

Мишустин: иностранные инвестиции в российскую экономику в первом полугодии составили 11 млрд долларов

Ключевым драйвером восстановления деловой активности в России стал инвестиционный спрос, в результате по итогам первого полугодия 2021 года прямые иностранные инвестиции в российскую экономику составили около 11 млрд долларов. Об этом глава правительства РФ Михаил Мишустин заявил на заседании Консультативного совета по иностранным инвестициям.

«Мы наблюдаем позитивную динамику и во внешней торговле. В январе — августе товарооборот вырос почти на 40%. Причем в большей степени за счет расширения экспорта. Активно развиваются и проекты компаний — участниц Консультативного совета. Они охватывают многие сферы. Практически каждый год мы фиксируем рост объема накопленных инвестиций в российскую экономику. Сейчас он составляет около 185 миллиардов долларов. Это хороший тренд», — подчеркнул Мишустин.

Читайте также:  Вклад «Сохраняй» в Сбербанке - (условия для пенсионеров в 2021 году)

По его словам, в 2021 году были расширены мощности действующих предприятий сразу в нескольких регионах страны, и значительный объем инвестиций был направлен в производство продуктов питания.

Еще одним направлением инвестирования стала сфера зеленой энергетики. Глава правительства сообщил, что в сентябре прошел конкурсный отбор инвестиционных проектов, по итогам которого будут построены объекты солнечной, ветро- и гидрогенерации с общей установленной мощностью более 2,5 ГВт.

В своем выступлении Мишустин рассказал о мерах по совершенствованию инвестиционного климата в РФ.

«Вы все хорошо знаете, что по итогам нашего предыдущего общения были сокращены сроки государственной регистрации медицинских изделий. Продлено действие нулевой ставки ввозной пошлины Единого таможенного тарифа Евразийского экономического союза в отношении суперабсорбентов. Сейчас расширяются инвестиционные инструменты. В прошлом году мы запустили специальный институт — соглашения о защите и поощрении капиталовложений. Он позволяет гарантировать инвесторам неизменность условий ведения бизнеса на территории нашей страны на длительный период времени. Примерно за год было заключено таких документов на общую сумму инвестиций около 1,3 триллиона рублей. Интерес к этому инструменту большой. На рассмотрении находятся еще 75 заявок общим объемом инвестиций 2 триллиона рублей», — заявил премьер-министр.

Тренд 1. иностранные инвесторы охотнее вкладываются в российские стартапы

Феноменальный рост инвестиций со стороны иностранных фондов связан не только с несколькими крупными для нашего рынка сделками (например, $298 млн в сервис финансовой информации TradingView от фонда Tiger Global или $150 млн, вложенные в онлайн-сервис заказа автомобилей inDrive), но и с увеличением среднего чека в этой категории в несколько раз.

Если еще несколько лет назад многие российские фонды достигли успеха в том, чтобы «уйти за рубеж» и стать там полноправными членами инвесторского сообщества, то теперь заметное число стартапов, запущенных в РФ, смогли стать международными и привлекли внимание крупнейших венчурных фондов.

Тренд 2. активность частных фондов выросла в два раза

Уходящий 2021 год оказался насыщенным для частных фондов. Их активность выросла примерно в два раза, а объем вложений увеличился более чем в шесть раз. Известно о 48 сделках на общую сумму в ₽23,8 млрд. Особенно активен был фонд Winter Capital Partners, якорным инвестором которого является Владимир Потанин.

Фонд стал участником сразу двух крупнейших сделок с участием образовательного стартапа GetCourse (на ₽3,7 млрд) и InsurTech-проекта BestDoctor (на ₽1,9 млрд). Однако лидером по объему закрытого раунда стал RedSeed Capital экс-руководителя «Одноклассников» Ильи Широкова, который при участии украинского фонда Flyer One Ventures и базирующийся в Лондоне фонд North Wall Capital инвестировал ₽12,5 млрд в компанию в сфере электронной коммерции Accel Club.

Венчурный инвестор, основатель инвесткомпании A.Partners Алексей Соловьев считает результаты частных фондов ожидаемыми. По его мнению, у такой приятной статистики есть четыре главных причины.

  1. На рынке появились (а точнее проявились, так как они всегда были, но оставались в тени, лишь набирая обороты) игроки, способные делать сделки по $10 млн и более.
  2. Все чаще русскоговорящие фонды стали участвовать в огромных раундах. Например, сделка с школой английского языка NovaKid, в которой приняли участие российские по происхождению фонды вместе с такими грандами, как американские венчурные фонды Owl Capital и Learn Start.
  3. Многие ключевые игроки рынка — это серийные венчурные фирмы, трек-рекорд (цифры доходности) которых позволяет им наращивать скорость capital deployment, то есть объема капитала в единицу времени (например, в год).
  4. Выросшие чеки на рынке. Типовой «чек» каждой стадии (pre-seed, seed, Series-A) вырос за пять лет в 2–3 раза.

Тренд 3. корпоративные фонды и корпорации показали значительный рост

Рост практически в два раза — по объему и количеству сделок — наблюдается среди корпоративных фондов. Была закрыта 41 сделка на ₽11,5 млрд.

Если в 2020 году рост этого сегмента был обусловлен одной сделкой — венчурным кредитом на ₽3,8 млрд от Альфа-банка онлайн-кинотеатру ivi, то в 2021 году было закрыто сразу несколько крупных сделок. Например, «ВТБ-Капитал» инвестировал ₽5,5 млрд в каршеринговый сервис «Делимобиль».

Другая структура ВТБ — «ВТБ Капитал пре-АйПиО Фонд» и «Открытие Капитал» вложили ₽1,8 млрд в кикшеринговый стартап Woosh. А российский стартап «Точно», который связывает мастеров, занимающихся отделкой квартир, с девелоперами, привлек ₽735 млн от фонда, одним из участников которого O1 Properties.

Одним из самых активных стал венчурный фонд Sistema Smart Tech объемом в 5 млрд рублей, запущенный в начале 2021 года АФК «Система». Среди наиболее заметных сделок фонда — инвестиции в сервис по аренде электросамокатов Urent, сервис доставки Checkbox и в стартап для профессиональной ориентации детей школьного возраста «Профилум».

Похоже, что многие корпорации и их фонды за минувшие годы «распробовали» стартапы, поняли, чем они могут быть полезны крупным компаниям, и решили надолго обосноваться на венчурном рынке.

Тренд 4. сегмент частных инвесторов остается самым непрозрачным

Инвестиции частных инвесторов по-прежнему остаются самой «серой зоной». Участники таких сделок зачастую предпочитают анонимность, они не склонны раскрывать объемы вложений, оценку стартапов. Например, из пула инвесторов, вложивших ₽310 млн в российский частную космическую компанию Success Rockets, известно лишь одно имя Антона Немкина (который позднее стал депутатом Госдумы).

Богдан Леонов, Валерий Иванов, Алла Мерман и Александр Кабатов стали инвесторами самого крупного раунда. Они вложили ₽431 млн в шеринговый проект «Бери заряд!».

Тренд 5. активность госфондов заметно снизилась

Инвесторы, представляющие государственный сегмент, стали в 2021 году менее активными. Это направление заметно просело по объему закрытых раундов. Не выросло и число сделок. Известно о 29 сделках на общую сумму в ₽2,3 млрд против ₽3,9 млрд годом ранее.

Очевидно, спад активности госфондов в 2021 году — результат масштабной реформы институтов развития. В апреле этого года был одобрен законопроект о передаче ВЭБу полномочий управления институтами развития. Речь идет о Корпорации «МСП», Российском экспортном центре, ЭКСАР, Фонде развития промышленности, Фонде Бортника, Фонде «Сколково», «Роснано» и Фонде инфраструктурных и образовательных программ.

Также негативный отпечаток наложило уголовное дело в отношении бывшего гендиректора РВК Александра Повалко, который до сих пор находится под домашним арестом. Он обвиняется в злоупотреблении должностными полномочиями при инвестировании в зарубежные проекты.

Похоже, интерес властей к венчурному рынку серьезно ослаб. Многие госфонды продолжают работу, поскольку еще действуют их коммитменты. При этом новые фонды с госучастием почти не запускались в 2021 году. Наиболее заметными на венчурном рынке оказались сделки с участием Moscow Seed Fund, ФРИИ и Skolkovo Ventures.

Оцените статью
Adblock
detector