О кривой дороге охотничьего хозяйства – Охотники.ру

О кривой дороге охотничьего хозяйства - Охотники.ру Удобные вклады

«сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

А что, трудности – они или преодолены, или преодолеваются, чего о них говорить? А скажешь в открытой прессе – так можно и не преодолеть. Обидчивые они нынче, эти трудности…

Практически все люди, которые хоть как-то были готовы эти трудности обсуждать, не собирались делать это публично. Однако сегодня в нашем параде хозяйств принимает участие один из таких анонимных предпринимателей (назовем его Сергей), который рассказал немного о том, как организовывалось и чем сегодня живет одно из типичных средних хозяйств центральной полосы России.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

РОх. Почему Вы решили завести себе хозяйство? Для души, денег поднять, доказать какие-то свои идеи? Каково направление хозяйства? Это у Вас первое хозяйство или был до этого опыт содержания?

– Чтобы ответить на эти вопросы, нужно немного рассказать о себе. Не в силу достопримечательности собственной персоны, а потому, что это служит ключом к ответу. Родился я в деревне, в одной из нечерноземных областей, где живу и сейчас. С детства любил охоту. Окончил десятилетку, ВСХИЗО и вернулся домой охотоведом в конце 70-х в местное хозяйство крупного всесоюзного общества. В те времена продвижение по службе было небыстрым, но жаловаться не приходилось. Я был не хуже и не лучше односельчан, единственным моим преимуществом было то, что я никогда не пил спиртного (вообще ничего и никогда) и не курил (и не делаю ни того, ни другого по сию пору).

Еще со временем стал получать удовольствие от организации охоты не меньшее, чем от самой охоты. В 1990 году был назначен директором охотхозяйства. Ну, собственно, тут и началось: вы же помните 90-е. Область, ориентированная на мясомолочное животноводство, подверглась разорению, как следствие, сельское население стало вымирать за счет деградации, злоупотребления алкоголем, самоубийств, бегства в города и прочих неизбежных последствий глубоких и прогрессивных социально-экономических преобразований. Речь пошла об элементарном выживании. И выжить мне можно было только за счет профессии, относившейся к скромной отрасли непроизводственной сферы, или, как ласково ее называли при Советах, непрухи. При том что людям стало совсем не до охоты.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

Нужны были деньги – охотобщество позволило выживать своими силами, несколько развязав нам руки, которые не пользовались особенным спросом. И мне пришлось ловить клиента на себя, как на живца. Я знал, что нравлюсь людям, прежде всего тем, что не пью, держу слово и дело свое делаю фанатично, не щадя себя и подчиненных. А потом понравилось и другое: моя избыточная суеверность, деревенская деликатность, замысловатые ругательства и прочие персональные характеристики. Это не самолюбование, это фактор успеха бизнеса.

Разослав предложения нескольким московским аутфитерам, мы боролись за каждого клиента, с каждым я вел длительные беседы, стараясь угодить и предоставить максимум сервиса в окружении советской охотничьей фанерно-каркасной архитектуры наших баз. И это начало работать, клиенты возвращались, памятуя душевный прием. Многие из них, из тех первых, внешних, «коммерческих», клиентов 90-х стали мне близкими друзьями, почти родственниками. И наоборот, мои родственники, приглашенные работать и вместо работы подвергшиеся чванству, стали чужими людьми.

Кое-что по крохам удалось собрать и отстроить на последние гроши и за счет труда местных охотников-энтузиастов: рубленую приличную базу с теплыми отхожими местами, сараями для техники, псарней и причалом. Главной моей специальностью как директора стала психология отношений: нужно было ладить с новой любимой демократической властью, бандитами, ментовским начальством города и области, гебьем, прокуроскими, минсельхозовскими дядями-пудами из региона и столицы, региональным бизнесом и прочей публикой подобного рода. Кстати, не все из них были отъявленной сволочью. И это худо-бедно сработало. Хозяйство начало функционировать как коммерческая единица за счет «нужников», т. е. покровительства нужных людей.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

К тому же времени относится появление побочного вида деятельности охотхозяйства – так называемого «корпоратива», выросшего из безудержного пьянства на природе нуворишей, окруженных свитой прихлебателей и сомнительного вида женщин. Специально для этих целей была срублена добротная и просторная баня с мостками в реку. Как ни странно, баня как экономический объект оказалась самым рентабельным сооружением. Даже если учесть, что две бани были сожжены в ходе увеселительных мероприятий.

Это был маленький успех. Самое главное: удалось выжить самому и прокормить семью. Укрепилось реноме хозяйства в охотобществе, Минсельхозе и в регионе. Время шло, как во всякой банановой республике, концентрация капитала и его взаимопроникновение с властью достигли больших высот, и многие из прежних связей оказались весьма продуктивными: кто вагон зерна подкинет, кто ГСМ, кто зимой возьмется дорогу расчищать от федеральной трассы до базы, кто и деньгами поможет.

Были хозяйства в области, которые преуспели гораздо больше нашего за счет вливаний крупного московского капитала. Там «воздвиглись чертоги» не хуже гостиниц на Тверской, появились вертолетные площадки, вышколенный персонал, а среди зеркал и кофейного хрома сантехники – швейцары с маслеными глазами и длинноногие девицы огромных умений. Но местные охотники были оттуда вышвырнуты. Я вот все думаю, могли бы мы сделать что-либо похожее? И прихожу к выводу, что нет. Не было у нас и не могло быть выходов на столь высокий уровень. И не пробились бы. К тому же такие хозяйства делались по инициативе капитала, а не местных охотпользователей. Которых зачастую выкидывали из собственных хозяйств. Не говоря уж о том, что выкидывали местных охотников. А как прогнать своих, с которыми строил первую нищую, в общем-то, но приличную базу? Совесть, она ноне ходит в группе эфемеров, но все-таки… Да и назвать эти заповедники роскоши охотхозяйствами нельзя. Это площадки под ярмарки тщеславия.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

Я работал на хозяйство как на свое, выкладывался по максимуму, спал в сезон урывками, почти не общаясь с семьей. Повторюсь: меня любили. Фанатика, тирана и самодура. Крестьянина, который все хочет проконтролировать самолично, пренебрегая теориями и практиками управления. Душевного собеседника. Такого, какой я есть, со всеми плюсами и минусами.

В начале нулевых местные бизнесмены, многие из которых были моими друзьями и поднялись на моих глазах, просто подарили мне весьма крупную сумму. На них, плюс кое-что из сбережений, я построил гостиницу рядом с основной базой. Свою. И стал часть коммерческих клиентов принимать там. Это давало стабильный и неплохой личный доход. Даже стал подумывать о расширении дела. Одновременно продолжал директорствовать.

Все бы ничего, да в охотобществе проспали с подачей заявки, и угодья перешли в общее пользование. Общественное охотхозяйство закончилось. Я перестал быть директором. Пару лет я продолжал делать то же, что и раньше, только полностью за свой счет – ну и плюс пожертвования. Профильные чиновники из региональной администрации избавили меня от наплыва желающих халявно поохотиться в угодьях с избыточной плотностью зверя, но долго это продолжаться не могло. Через пару лет пришлось взять в пользование 30 тысяч гектаров. Которые до сих пор за мной. Одновременно я принял предложение занять пост в администрации по профилю основной деятельности. Теперь предлагают взять еще 100 тысяч гектаров в весьма интересном с ландшафтной точки зрения месте. Я не знаю. Прежними методами все это я на себе не потащу, нужны единомышленники, чокнутые фанатики. А таких мало. Нужны другие инвестиции. Но и пост открывает некоторые новые перспективы. Там уж как получится. Такова, вкратце, история обо мне.

Читайте также:  Анализ капитальных вложений - Арутюнова Д.В. Практикум по финансовому менеджменту

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

РОх. Во что Вы оцениваете пропускную способность хозяйства?

– Это как считать. Моя гостиница постоянно, круглый год, заполнена. Минимально проживает десять человек. Это при полном комфорте. Если по охотникам… Если брать с октября по февраль, то каждую неделю бывает коллектив местных (человек 15 в среднем) – областной центр рядом. Будем считать, что из 10 проживающих половина – охотники. Плюс весенняя охота. Трудно сказать точно, но человек 400-500 в год.

РОх. Как Вы построили взаимоотношения с местным населением и местными городскими охотниками (которые охотились здесь до этого)?

– С ними хорошо. Местные знают, что со мной лучше договориться, чем браконьерить. Хотя случаи бывали. Особо ретивые сели. Обижаться не на кого, их предупреждали. Но в местных проблем не вижу. Городские из бывшего охотобщества ездят. Они мои друзья и пользуются льготами. Все дела внутри коллектива устраивают сами. Еще не хватало мне их строить.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

РОх. Какие у Вас лимиты на копыта и сколько стоят путевки – есть ли дифференцированная шкала? Вообще интересна хотя бы часть правды про экономику. Видите ли Вы точку выхода хозяйства на рентабельность?

– Лимиты на копыта у меня нарисованные. У меня идеология избыточной плотности. А по учетам плотность рисуют на уровне 1990 года плюс-минус. С 30 тысяч гектаров я могу дать в добычу порядка 100 голов кабана и 40 голов лося без убытка для численности. Из них где-то 80 кабана и 30 лося продается по коммерческой цене. При усредненном подсчете это дает где-то 3,5 миллиона рублей. Плюс проживание коммерческих охотников – где-то 2 миллиона рублей. Итого, пять с полтиной. Особо не разгуляешься. Остальной доход – с гостиницы, бани, корпоратива. Пьянство-дискотека-дебош. Частично доходы от непрофильной деятельности приходится тратить на охоту. Плюс добровольные пожертвования. Предлагали мне еще для расширения доходной базы грязных девок при гостинице завести и водкой приторговывать. Но это не моя чашка чая.

Рентабельность, рентабельность… Сейчас вряд ли. Здесь нужен государственный подход к обустройству и специализации территорий. Изменение системы природоохраны и природопользования. Изменения институциональной организации. Это отдельный и очень долгий разговор.

«Сам себе фишка»: анонимное интервью об организации охотхозяйства

РОх. Какие фишки Вы придумали для того, чтобы привлечь в хозяйство деньги?

– До настоящего момента основная фишка – моя собственная персона и ее привлекательность. Доверие ко мне. Дальше посмотрим. Я крестьянин, по-западному, фермер. Генри Форд ненавидел фермера за неэффективность. Он практически везде неэффективен и сидит на шее государства. Но его держат, потому что в городе живет население, а в деревне – народ. Это иногда важнее текущей прибыли. В Австрии бауэр – неотъемлемая часть альпийского пейзажа, что привлекает туристов.

Я же говорил: люди власти и денег не всегда законченные мерзавцы. Иногда им тоже хочется сделать что-то для своей малой родины.

РОх. Как Вы справляетесь с охраной и какие основные проблемы – местные, менты?

– В охране ничего нового – егерские объезды. Проблемы? Скорее, проблемы мои – недостаточно квалифицированные егеря.

РОх. Взаимоотношения с соседями?

– С соседями по деревне? Замечательные. Они видят во мне сумасшедшего богатея. Я им помогаю, когда могу. С охотпользователями? Их у меня двое по соседству. Тоже ничего. У нас кооперация: при избыточном наплыве делимся клиентами. Но у них иная история развития, иные подходы, иная идеология. Иногда интересно бывает поучиться.

Русский охотничий журнал, июнь 2022 г.

1278

Обслуживание

Жалобы на плохое обслуживание, невыполнение своих обязательств агентами и операторами, хамство и пьянство кузмичей стали настолько общим местом, что их уже даже не публикуют в охотничьей прессе (за исключением совсем уж вопиющих случаев). То есть бардак этот воспринимается как нечто само собой разумеющееся.

Но от этого пользователей меньше не раздражает. С этим все вообще обстоит настолько просто, что я искренне удивляюсь, почему в нашей, стремящейся все зарегулировать стране, этот путь до сих пор не опробован. Это – система государственной сертификации.

Нужно еще добавить, что деятельность по предоставлению охотуслуг должна быть офертой, как услуга в магазине. Пришел, деньги есть – получи товар, если товар в наличии. Так и в охотхозяйственном деле. Охотбилет есть, деньги есть, лимит или пропускная способность позволяют – извольте, получите.

Кроме того, надо обязательно ввести государственную сертификацию как турагентских и туроператорских компаний, предлагающих охотничьи услуги, так и егерей и гидов-проводников.

Естественно, обозначенная программа должна проводиться в жизнь в течение длительного времени – как минимум десяти лет – и по твердо прописанному графику формирования структур и передачи полномочий. Причем она должна сопровождаться существенным ужесточением наказаний, а в ряде случаев – и прямым пересмотром действующего законодательства.

В частности, в Административный и Уголовный кодексы должны быть введены поправки, приравнивающие транспортировку, продажу и покупку незаконно добытой продукции к браконьерству; в законодательство должен быть введен такой вид наказания, как лишение права на охоту сроком на три года, десять лет и пожизненно.

Соответственно, должны быть введены и усилены наказания за ведомственные проступки инспекторов.

Такая система действий, принятая однажды и методически реализуемая, неизбежно приведет к увеличению численности охотничьих животных и повышению ответственности охотников и охотпользователей за сохранение российской природы.

Я бы даже так сказал – другого пути я не вижу.

3248

Ресурсы, они же – лимиты

Определение лимитов на отстрел традиционно делается согласно проклинаемой всеми системе учетов охотничьих животных. Ежегодно все охотничьи хозяйства с матом и воплями выгоняют своих работников на зимний маршрутный учет для того, чтобы заполнить совершенно неудобоваримую для понимания среднего человека учетную карточку.

О кривой дороге охотничьего хозяйства - Охотники.ру

Чем же автор предлагает заменить ныне существующую систему учетов?

Тем же зонированием!

Большое количество структурных подразделений научно-исследовательских институтов (как академических, так и отраслевых), охотустроительных экспедиций, а в последнее время и вольнонаемных охотоведов провели за последние 70 лет всеобъемлющие исследования всей территории страны по определению емкости угодий.

Более того. Если численность охотничьих видов на указанной территории будет ниже, чем предполагается в среднем по зоне, то на этой территории должна быть полностью прекращена любая охота до достижения указанных в рекомендациях плотностей дичи. Если плотность не достигается в течение трех лет – территория изымается из аренды и на ней устанавливается режим ООПТ.

Однако раз в четыре-пять лет на территории произвольно выбранного охотхозяйства необходимо проводить каким-нибудь научным подразделением за государственные деньги оценку численности охотничьих животных и птиц и на основании этой оценки планировать дальнейшее продление/непродление соглашения аренды.

Планировать, утверждать лимиты и проводить проверки должна совершенно не зависимая от собственно охотнадзора организация – агентство федерального подчинения. Эта же структура должна разрабатывать (а точнее свести воедино и понятно сформулировать) рекомендации по обустройству охотничьего хозяйства для каждой зоны.

Современное состояние и проблемы в управлении региональными охотничьими ресурсами

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПРОБЛЕМЫ В УПРАВЛЕНИИ РЕГИОНАЛЬНЫМИ ОХОТНИЧЬИМИ РЕСУРСАМИ

Смирнов С.И. (БГИТА, Брянское РО Секции МЭЭСИ РАЕН, г. Брянск, РФ); Старое А.В. (Департамент Смоленской обл. по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания, г. Смоленск, РФ); Бутавко Н.И. (Управление по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и водных биологических ресурсов Брянской обл., г. Брянск, РФ); Шеповалов А.Н. (Управление по охране и использованию объектов животного мира и водных биологических ресурсов Калужской обл., г. Калуга, РФ); Внуков Н.М. (Служба экологии Орловской обл., г. Орел, РФ); Шостак А.В. (Могилевское производственное лесохозяйственное объединение, Могилев, РБ); Рогаль С.В. (Гомельское производственное лесохозяйственное объединение, г. Гомель, РБ); Рединов П.Ф. (Брянское гос. охотничье хозяйство, г. Брянск,

Читайте также:  Что такое филиал: виды, деятельность, для чего создаются

РФ)

Given article tells about taken place in Bryansk state academy of engineering and technology a seminar, to the devoted modern condition and problems in management of regional hunting resources in territory of large natural complexes. Following the results of a seminar the decisions directed on optimization of management by regional hunting resources are made.

Современное состояние и проблемы в управлении региональными охотничьими ресурсами на территории крупных природно-территориальных комплексов: Смоленско-Московской, Предполесской, Полесской и Среднерусской физико-географических провинций обсуждены на российско-белорусском семинаре-совещании на тему «Теоретические и методические основы организации и управления региональными охотничьими ресурсами на Ю-3 Русской Равнины» (Брянск, БГИТА, 21.05.2008г.), организованном по инициативе Кафедры лесозащиты и охотоведения БГИТА и Брянского регионального отделения Секции межотраслевых эколого-экономических системных исследований (МЭЭСИ) РАЕН (Смирнов СИ., зав. кафедрой ЛЗиО, д. с.-х.н., проф., председатель Брянского РО РАЕН, акад. РАЕН) для региональных органов управления охотничьими ресурсами макрорегиона «Ю-3 Европейской части России» (Брянская, Калужская, Смоленская, Орловская и др. области).

В обсуждении региональных проблем в управлении охотничьими ресурсами приняли участие делегации во главе с руководителями региональных органов управления охотничьими ресурсами Брянской (Бутавко Н.И.), Калужской (Шеповалов А.Н., Зарифьян Е.В., Гапеенко А.В.) Смоленской (Старов А.В., Крылов С.С., Сальников В.Г, Осипов В.Г.) и

Орловской (Внуков Н.М., Аксенов А.П., Филимонов С.А) областей Российской Федерации и главные охотоведы производственных лесохозяйственных объединений Республики Беларусь Гомельской (Рогаль С.В.) и Могилевской (Шостак А.В.) областей, а также директор Брянского государственного опытного охотничьего хозяйства ГУ «Центрохотконтроль» Департамента охотничьего хозяйства РФ (Рединов П.Ф.) и др.

Оценивая современное состояние управления региональными охотничьими ресурсами российские участники семинара-совещания пришли к общему мнению о том, что существующая система управления, региональными охотничьими ресурсами на территории макрорегиона «Ю-3 Европейской части России» далека от совершенства и требует значительной оптимизации. При этом главным сдерживающим фактором является отсутствие единой государственной политики в области ведения охотничьего хозяйства, подкрепленной соответствующей нормативно-правовой базой и должным уровнем федерального и регионального финансирования, что в конечном итоге негативно сказывается на качестве функционирования пользователей представителями животного мира, отнесенным к объектам охоты.

В противоположность этому на территории Республики Беларусь охотничьему хозяйству уделяется повышенное внимание, о чем свидетельствуют наличие соответствующих указов Президента РБ и утвержденных правил ведения охотничьего хозяйства и охоты, инструкций об организации охотустройства и по разработке охотустроительной документации, о порядке согласования возведения и осуществления биотехнических и охотхозяйственных сооружений и мероприятий на участках лесного фонда, о порядке проведения мониторинга животного мира и т.д. При этом численность основных видов охотничьих животных в прилегающих к территории РФ Могилевской и Гомельской областях весьма значительна, в отдельных случаях они даже наносят определенный ущерб лесному и сельскому хозяйству.

Кафедрой лесозащиты и охотоведения совместно с Брянским РО Секции МЭЭСИ РАЕН в качестве первоочередных мер, способствующих оптимизации системы управления региональными охотничьими ресурсами предложено:

• провести охотхозяйственное районирование территории макрорегиона «Ю-3 Европейской части России», на основание которого уточнить охотхозяйст-венную нормативную базу, с учетом имеющихся аналогичных разработок для условий обозначенных выше крупных природных образований Республики Беларусь;

• научно обосновать и внедрить в практику ведения охотничьего хозяйства рекомендации по разработке комплексных планов управления охотничьими ресурсами на основе материалов охотустройства на популяционно-ландшафтной основе на местном (охотничье хозяйство) внутрирегиональном (охотхозяйствен-ный район), региональном (административная область) и межрегиональном (крупный природно-территориальный комплекс или её часть) уровнях, с применением ГИС-технологий;

• унифицировать в пределах границ макрорегиона систему мониторинга охотничьих угодий, охотничьих животных и пользователей объектами животного мира, а также в пределах экологической границы между Россией и Беларусью, представляющей собой совокупность природно-территориальных комплексов (преимущественно в ранге ландшафт), пересекающих административную границу между государствами;

• усовершенствовать принципы и методы организации и проведения учетов охотничьих животных и определения объемов пользования ими посредством ор-

ганизации на базе подведомственного ГУ «Центрохотконтроль» Брянского ГООХ соответствующего межрегионального центра;

• представить возможность по линии Центра дополнительного профессионального образования БГИТА повышения квалификации или переквалификации работников, осуществляющих свою деятельность в сфере охотничьего хозяйства.

Участникам семинара-совещания были продемонстрированы, разработанные на Кафедре лесозащиты и охотоведения БГИТА (Смирнов, 2002-2008), результаты охотхозяйственного районирования территорий Брянской, Калужской и Смоленской областей и материалы ряда методических разработок по составлению планов управления охотничьими ресурсами, на территории, закрепленной за пользователем объектами животного мира, планов управления охотничьими животными и охотничьими угодьями на участках лесного фонда, арендуемых для целей ведения охотничьего хозяйства, планов управления микропопуляциями охотничьих животных в полувольных условиях и искусственно созданной среде обитания, а также нормативно-справочные материалы необходимые для их разработки.

Кроме этого, было организовано посещение одного из передовых охотничьих хозяйств Брянской области – ООО «Охотхозяйство «Палужское» ГУ МВД по ЦФО (директор Алексеев Ю.В.), где участники семинара-совещания ознакомились с особенностями ведения охотничьего хозяйства в условиях охотхозяйст-венного района «Брянский лесной массив» и содержания охотничьих животных в полувольных условиях.

В решении российско-белорусского семинара-совещания отмечалось, что:

• предложенные Кафедрой лесозащиты и охотоведения БГИТА методические разработки в форме планов управления охотничьими ресурсами на территории, закрепленной за пользователями представителями животного мира, отнесенными к объектам охоты, представляют собой базовую основу для создания на по-пуляционно-ландшафтной основе целостной научно-обоснованной системы управления региональными охотничьими ресурсами (охотничьими угодьями, по-пуляционно-ландшафтными группировками видов охотничьих животных и собственно пользователями объектами животного мира) с применением современных ГИС-технологий;

• необходимо совершенствовать региональную нормативную базу по управлению охотничьими ресурсами, с учетом ландшафтного разнообразия охотничьих угодий и широкого использования положительного опыта, накопленного в Республике Беларусь по ведению охотничьего хозяйства;

• целесообразно обратиться в федеральный орган управления охотничьими ресурсами РФ от имени присутствующих руководителей региональных органов управления РФ о необходимости создания на базе Брянского ГООХ межрегионального учебно-практического центра и делегирования ему части полномочий ГУ «Центрохотконтроль» Департамента охотничьего хозяйства РФ, а также для организации и ведения охотничьего мониторинга вдоль экологической границы между субъектами приграничного сообщества «Еврорегион Днепр» (Брянская, Гомельская и Черниговская и др. обл.).

Участники семинара-совещания высказали также пожелание о необходимости дальнейшего, более углубленного научно-практического сотрудничества, что

и было в дальнейшем реализовано на региональном уровне в рамках проведения совещания-семинара на тему «Об эффективности использования объектов животного мира и перспективных задачах на ближайшее время» (Управление по охране и использованию объектов животного мира и водных биологических ресурсов Калужской обл., г. Калуга, 06.08.2008г.) и выездного рабочего совещания на тему «Современные проблемы ведения охотничьего хозяйства на особо-охраняемых природных территориях (Департамент Смоленской обл. по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания, Природный парк «Гагаринский», г. Гагарин Смоленской области, 12.08.2008г.).

Очередная встреча по проблемам управления биоресурсами в расширенном составе, с привлечением органов управления видами биоресурсов (охотничьих, лесных, рыбных, рекреационного назначения и т.д.) федерального и регионального уровня состоится в формате «круглого стола» в рамках проведения международной научно-практической конференции на тему «Лесной комплекс: состояние и перспективы» (г. Брянск, БГИТА, 19-21 2008г.) на которой планируется подписание развернутого соглашения и долгосрочной программы о научно -техническом сотрудничестве.

Территориальная проблема

Она связана прежде всего с тем, что на сегодняшний день вокруг мегаполисов практически не осталось угодий общего пользования, понятие «сервитут» не введено, что оставляет значительное количество граждан без возможности охотиться в привычных местах и в доступное для них время.

Читайте также:  Пенсионные вклады в Россельхозбанке 01.06.2022 | Пенсионные вклады в Россельхозбанке 01.06.2022

Для решения этих вопросов можно применить дифференцированный подход. Для начала разделить всю территорию страны на зоны. Зон может быть десять или двенадцать, и они должны различаться по способам, экономическим акцентам в ведении охотничьего хозяйства, по биологической продуктивности основных охотничьих видов, т.е., попросту говоря, по богатству дичи в угодьях.

В Европейской части, а именно тут проживает большая часть охотников России, наиболее болезненной темой является нарастающее отлучение охотников от охоты. Охотиться в большей части более-менее доступных мест в Европейской России можно или за большие деньги, или по хорошему блату, или наплевав на все правила и разрешения-запреты, т.е., по-браконьерски.

Решается проблема как трижды три – путем поднятия стоимости аренды гектара охотничьих угодий в зоне концентрации населенных пунктов и дорожной сети как минимум в пять-десять раз. Уверяю вас, угодий общего пользования станет сразу не 20, а как бы не 50 процентов от общей площади.

Данная мера, в том числе, заставит охотпользователей сосредоточить все усилия на том участке угодий, который они ДЕЙСТВИТЕЛЬНО в состоянии освоить и обустроить (а на практике это не более 15 000, редко 20 000 га). Более того, хозяйства такого рода должны иметь сертификацию своей коммерческой деятельности и их деятельность должна подпадать под закон о правах потребителей.

Значительная часть территории страны, располагающаяся в северных, малопродуктивных, с точки зрения охотника-любителя, регионах должна быть исключена из коммерческой аренды совсем. Промысловые участки в этой зоне должны предоставляться охотникам для ведения на них промыслового хозяйства как формы индивидуального предпринимательства или малого бизнеса, и предоставляться эти участки должны практически бесплатно, или за символическую плату.

Совершенно не нужно и даже вредно для государства, как собственника охотничьего ресурса, пытаться выиграть на этом свою «копеечку». Главный и немалый выигрыш государства в этом случае, во-первых, в том, что люди, живущие в отдаленных, сельских, экономически депрессивных местностях, заняты делом, работают и сами зарабатывают себе на жизнь, а не сидят у государства на шее; во-вторых, в том, что люди, работая и зарабатывая, не превращаются в спивающихся люмпенов, а сохраняют социальную структуру сибирского таежного села, сохраняют уникальную и самобытную культуру – один из нескольких основных источников русской национальной самоидентификации.

Сравните с фермерами в Европе. С точки зрения экономической целесообразности сельское хозяйство там надо бы закрыть, запретить и забыть, как страшный сон. Оно глубоко убыточно и существует только благодаря много-много-миллиардным вливаниям за счет других, прибыльных отраслей экономики.

Но его поддерживают, и не только из-за жупела продовольственной безопасности стран, а потому, что в Европе фермер воспринимается как носитель некоего национального начала, как соль земли ломбардской, прованской, бретонской, фламандской, валлонской, саксонской, шотландской (ну, в общем, сами придумайте).

Российские охотники-промысловики должны иметь фиксированную для данной промысловой зоны площадь в соответствии с нормами опромышления.

В случае невыявления нарушений в течение пятилетнего срока бесплатное предоставление должно продлеваться «по умолчанию», в прежних границах. В случае выявления нарушений серьезных – перелов, перестрел дичи – участок изымается у данного пользователя, причем пользователю объявляется пятилетний мораторий на аренду других участков.

Экономика современного охотхозяйства

Частые дискуссии о высокой цене коммерческой охоты абсолютно бессмысленны – цена покрывает только часть реальной себестоимости охоты и содержания охотхозяйства. По сути, владелец доплачивает «своему» хозяйству за каждую проведенную охоту, практически каждая охота дотационна. И где тут бизнес?

Немного об экономике охоты в диких условиях. В нашем хозяйстве благодаря системе бюджетов доходов и расходов очень четко видно, насколько дорога охота в дикой природе. Основные статьи расходов: зарплата персонала – 40%, содержание транспорта – 40%, биотехнические мероприятия – 15%, прочие расходы – 5%.

Что касается транспорта, то в российских условиях имеет смысл эксплуатировать самые кондовые виды техники – «уазы», «Бураны», квадроциклы STELS и другие. Причина – в руках мужиков ломается все. Эти машины, в отличие от дорогих импортных, они могут починить самостоятельно с помощью «кувалды и зубила».

Строить или чинить дороги в угодьях бессмысленно, можно только их чистить. Я начал с починки, но все труды пошли насмарку – проехали лесовозы в распутицу и все уничтожили. Поэтому купили гусеничный транспортер «ТТМ», хотя стоимость его эксплуатации огромна.

Техника эксплуатируется круглогодично: объезды, солонцы, подкормки, подрубки осин и так далее. Объем биотехнических работ огромен, поэтому техника эксплуатируется интенсивно и расходует массу топлива. В нашем хозяйстве ежемесячные расходы на топливо и запчасти составляют 60 тысяч и 40 тысяч рублей соответственно.

Эти расходы я привел как пример – их не видно приезжающим охотникам. Чтобы только их покрыть, надо ежемесячно отстреливать 10 кабанов-сеголетков, исходя из средней цены на сеголетка в 10 тысяч рублей, а за год – 120. В наших условиях добыть столько кабанов пока невозможно.

Доходы от лосиной охоты невелики, так как, исходя из сложившейся цены охоты со всеми услугами в 55 тысяч рублей и обычного количества лицензий 5–10 штук, их суммарный финансовый вклад составляет 275–550 тысяч рублей.

Доходы от охоты по перу и мелким животным существенного финансового дохода не дают.

Остаются только доходы от охотничьей базы. Но при эксплуатации только по выходным дням они не намного перекрывают расходы на содержание и ремонт. Если база будет предоставлять услуги не только охотникам, то это уже другой вид бизнеса, не имеющий отношения к охоте. Рассматривать ситуацию, когда доходы от базы дотируют охоту, бессмысленно.

Приведенные выкладки показывают, что у хозяйства очень мало источников получения доходов при охоте в дикой природе без нарушения законодательства.

Опыт зарубежных хозяйств показывает, что основная доля выручки – это оказанные услуги по организации охоты и стоимость трофеев, а только потом – стоимость мяса (отстрел нетрофейных животных). Мясо отстрелянного трофея не принадлежит охотнику, его надо оплачивать отдельно!

У нас в стране сложилась своеобразное отношение к охоте. Большинство охотников едут на охоту за мясом, а не трофеями. Такого нет нигде в мире. Наше общее бедное совковое прошлое до сих пор цепко держит нас в своих объятиях. Стоимость охоты рассматривается через призму стоимости килограмма мяса домашних животных на прилавках магазинов.

В этом суть наших проблем. Общество смотрит на охоту глазами браконьера, который в любом животном видит определенное количество мяса. Трофейные качества, процесс охоты как искусство и ритуал находятся на периферии сознания; обычно все охотники требуют мясной отстрел в первый день охоты. Охотхозяйства оценивают с позиции скорости отстрела, никакие дополнительные услуги в сфере охоты не востребованы.

Исходя из этого, можно сделать вывод, что говорить о селекции трофейных животных и целенаправленной охоте на них бессмысленно. Отсутствие культуры охотпользования и ориентация на добычу мяса делает это прибыльное направление невозможным для охоты в дикой природе.

Такой подход является приговором действующей системе охотпользования. В этих условиях вкладывать капитал в развитие охотничьих услуг, создавать предложения на рынке лишено всякого смысла. Отрасль обречена на застой, попытки выхода на окупаемость хозяйств выливаются в дополнительное давление на животный мир, который будет быстрее вырождаться и исчезать.

В российских условиях любое охотничье хозяйство, предоставляющее коммерческие услуги без вольера и пытающееся себя самостоятельно содержать, безусловно, оказывает избыточное давление на природу.

Оцените статью
Adblock
detector