Инвестиции добавили в лекарства – Газета Коммерсантъ № 6 (6968) от 18.01.2021

. как заработать на растущем фармрынке: акции 12 компаний и двух фондов, в которые стоит инвестировать — 20.11.2020 — пресс-центр

Сразу несколько разработчиков вакцин от коронавируса сообщили о том, что промежуточные результаты третьей фазы испытаний доказали высокую эффективность препаратов. В их числе PfizerBioNtechModerna и AstraZeneca. Эти новости привели к росту акций компаний фармацевтического сектора. А Berkshire Hathaway миллиардера Уоррена Баффета, за действиями которого следят множество инвесторов по всему миру, впервые за несколько лет инвестировала в фармацевтическую отрасль. Она вложила почти $6 млрд в четыре компании, в том числе в двух разработчиков вакцин от COVID-19: компания приобрела 21,3 млн акций AbbVie, 30 млн акций Bristol-Myers Squibb, 22,4 млн акций Merck и 3,7 млн акций Pfizer.

Bristol Myers Squibb

Цена закрытия на 19 ноября: $62,09

Regeneron

Цена закрытия на 19 ноября: $514,71

Laboratory Corp of America

Цена закрытия на 19 ноября: $198,77

Одна из крупнейших сетей клинических лабораторий занимается тестированием на онкологические болезни, ВИЧ, генетику, а также участвует в клинических исследованиях новых лекарств. По консенсусу Bloomberg, потенциал роста ее акций составляет около 18% к цене на 17 ноября. «С одной стороны, появление вакцины означает меньше тестирований на COVID-19 со временем и меньше доходов компании в этом сегменте. С другой – окончание пандемии будет способствовать увеличению плановых приемов пациентов с другими диагнозами, а также возобновлению клинических исследований», – комментирует старший управляющий активами УК «Атон-Менеджмент» Исуф Ацканов. По его мнению, это приведет к восстановлению всех остальных сегментов бизнеса. LabCorp получит дополнительный стимул в случае одобрения очередного фискального пакета стимулирования, включающего расходы на лабораторные тестирования.

Incyte

Цена закрытия на 19 ноября: $81,69

Vertex Pharmaceuticals

Цена закрытия на 19 ноября: $211,97

Цена закрытия на 19 ноября: $34,21

Merck&Co

Цена закрытия на 19 ноября: $80,39

В конце октября компания сообщила о значительном росте чистой прибыли по итогам третьего квартала – на 55% до $2,94 млрд, или $1,16 на акцию по сравнению с $1,9 млрд и $0,74 соответственно годом ранее.

Цена закрытия на 19 ноября: $75,13

Компании, которые могут обеспечить транспортировку и хранение вакцин

Кто рекомендует: «Альфа Капитал»

Цена закрытия на 19 ноября: $75,09

Прогноз роста: на горизонте пять лет 30% ежегодно

Цена закрытия 19 ноября: $125,10

Прогноз: на горизонте 12 месяцев 14%

Инвестиции добавили в лекарства

Совладелец «Валента фарм» и экс-глава Федерального фонда обязательного медицинского страхования Дмитрий Рейхарт смог собрать около $20 млн для инвестиций в зарубежные фармкомпании, пытаясь заработать не менее 20%. Он обещает за два года увеличить объем вложений в десять раз. Фонд вкладывает в транснациональных производителей, так как на их долю приходится около 60% мировых продаж фармпродукции.

Совладелец «Валента фарм» (выпускает, в частности, ингавирин, феназепам и граммидин) Дмитрий Рейхарт с партнерами зарегистрировал в Люксембурге инвестфонд Ruthenium Fund, работающий на фармрынке. Об этом “Ъ” сообщил сам бизнесмен. По его словам, фонду уже удалось собрать $20 млн. Эти средства инвестируются в деривативы, обеспеченные акциями западных фармкомпаний и с фиксированной доходностью не менее 20%, пояснил “Ъ” управляющий партнер и другой совладелец Ruthenium Fund Максим Попов:

«Сформирован портфель из десяти структурных продуктов на базе деривативов, выпущенных, в частности, Morgan Stanley, Goldman Sachs и Bank Societe General».

Если после истечения срока обращения деривативов обещанная фиксированная доходность окажется ниже, акции, которыми обеспечены используемые Ruthenium финансовые инструменты, остаются в портфеле фонда. «Исходя из дальнейшей конъюнктуры на фондовом рынке и в целом в фармбизнесе будет приниматься решение держать бумаги или реализовывать их на рынке»,— отмечет господин Попов.

Дмитрий Рейхарт до 2008 года возглавлял Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, где проработал около двух лет. В 2021 году «Ведомости» со ссылкой на кипрский реестр сообщали, что господину Рейхарту через Зинаиду Рейхарт принадлежит 7% акций «Валента фарм».

Механизм, по которому работает Ruthenium, традиционен для квалифицированных инвесторов в Европе и США, отмечает директор Prosperity Capital Management Алексей Кривошапко, но «смущает пока небольшой объем собранных средств».

Дмитрий Рейхарт уверяет, что через два года объем может увеличиться до $200 млн. Партнер Inbio Ventures Илья Ясный считает, что такие инвестиции будет несложно собрать: «За три года основные индексы в фармбизнесе (например, Select Pharmaceuticals Total Return Index.— “Ъ”) выросли до 50%, что может стать аргументом для потенциальных инвесторов».

По словам господина Рейхарта, Ruthenium инвестирует в инструменты, обеспеченные акциями транснациональных компаний с диверсифицированным бизнесом: «Поэтому, например, мы не рассматриваем Moderna, так как у компании незначительный портфель продуктов, хотя она и занимается разработкой вакцины от COVID-19». По словам Максима Попова, сейчас деривативы, находящиеся у Ruthenium, покрывают бумаги 12 компаний, включая Johnson & Johnson, AbbVie, Pfizer, GlaxoSmithKline и Takeda, в будущем список может быть расширен до 22 компаний.

Опрошенные “Ъ” эксперты считают выбор фонда вполне ожидаемым. Стоимость акций на конец декабря у AbbVie достигала $104,6 за бумагу с потенциалом роста капитализации на 11,2%, у Pfizer — $37,8, эта цена по итогам первого квартала 2021 года может увеличиться на 6,3%, считают в инвесткомпании «Ак Барс Финанс». Там ожидают, что доходность дивидендов этих компаний в январе—марте может составить 4,4% и 3,6% соответственно. Акцент на транснациональные компании, работающие, в частности, на рынках США и Японии, может объясняться тем, что эти страны вместе с КНР входят в тройку крупнейших фармрынков — на них приходится около 60% мировых продаж, отмечает старший аналитик Национального рейтингового агентства Мария Сулима. Доля российского фармрынка, добавляет она, в глобальном контексте невелика — всего —2–2,5%.

Александр Осипов, Халиль Аминов

Куда можно инвестировать на российском рынке фармакологии

Основной тенденцией российского рынка фармакологи, как и во всем мире, является объединение мелких и средних фармацевтических компаний или в корпоративные структуры по типу холдингов, либо создание, так называемых, фармацевтических кластеров.

Кластерный подход предполагает объединение не только промышленных предприятий, но и широкое привлечение научно-исследовательских организаций. Например, Биофармацевтический кластер «Северный» был создан в 2021 г. как объединение ведущих предприятий российской фармацевтической и медицинской промышленности, научно- исследовательских институтов и медицинских учреждений, малых инновационных компаний на базе Московского физико-технического института.

В состав основных участников кластера входят: МФТИ; ЦВТ «ХИМРАР»; Группа компаний «Протек»; ФГУП НПЦ «Фармзащита»; «Акрихин»; «Альтоника»; Janssen; НПФ ЛИТЕХ, Первый МГМУ им. И.М. Сеченова.

В числе лидеров российской фарминдустрии являются пять крупнейших фармкластеров — Ярославской, Калужской областях, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и в Подмосковье. Так, к примеру, из 14 строящихся инвестиционных объектов, готовящихся к запуску в 2021 -2020 гг., пять находятся в Калужской области.

Среди них предприятие по переработке фармотходов «Экофарм» (стоимость проекта 0,76 млн. долларов), фармацевтические заводы «Ниармедик Плюс» (47 млн. долл.), «НоваМедика» (85 млн. долл.), «АстраЗенека Россия» (187 млн. долл.).

С практической точки зрения реализации инвестиционной стратегии в сектор фармакологии в российских условиях, можно воспользоваться несколькими вариантами:

  • покупка доли непосредственно самой компании
  • покупка акций на внебиржевом рынке
  • вложения капитала через покупку ценных бумаг (акции и облигации) на свободном рынке — на фондовой бирже ММВБ.

В частности, можно присмотреть для инвестиций акции таких компаний, как:

  1. «Протек» – одна из крупнейших фармацевтических компаний России. Группа имеет диверсифицированную структуру бизнеса и работает во всех основных сегментах фармацевтической отрасли: производстве лекарственных средств, дистрибуции фармацевтических препаратов и товаров для красоты и здоровья, а также розничных продаж.
  1. «Аптечная сеть 36,6» – сеть аптек, национальный лидер в области розничной торговли товарами для красоты и здоровья.
  1.  «Фармсинтез» – одна из ведущих российских фармацевтических компаний, с 1997 года, осуществляющая полный цикл производства от синтеза активных молекул до выпуска современных готовых лекарственных форм. Выпускает препараты, применяемые в онкологии, онкоурологии, хирургии, гастроэнтерологии, гинекологии, эндокринологии, реаниматологии и радиоизотопной диагностике. Предприятие уделяет большое внимание разработке и производству востребованных оригинальных препаратов и дженериков, используя современные технологии.
Читайте также:  Пост для новичков Ленивого инвестора

В заключение остается добавить, что рынок фармакологии в качестве инвестиционного приоритета, несомненно, должен занимать не последнее место в инвестиционном портфеле каждого инвестора. И дело не только в том, что с каждой купленной таблетки инвестор будет получать прибыль, но и в том, что инвестируя свои деньги в эту отрасль, инвестор создает условия, при которых доступность лекарств и  новых биотехнологий реализует предпосылки для увеличения  срока жизни. А это для долгосрочного инвестора является самым непосредственным стимулом.

Фармацевтический рынок

Объявленное государством реформирование фармотрасли, направленное на создание современных, в т.ч. инновационных препаратов, невозможно без серьезных финансовых вложений, как государственных, так и частных.

Насколько склонны представители бизнеса поддерживать развитие российской фармотрасли? Что мешает им подчас принимать соответствующие решения? Какие факторы в целом влияют на приток инвестиций? В данном обзоре мы попытались ответить на эти вопросы, взяв за основу аналитические выкладки, предоставленные директором исследовательской компании Cegedim Strategic Data Давидом Мелик-Гусейновым, и мнения самих инвесторов.

Инвестиционный климат теплеет и подталкивает к активным действиям

На любом рынке основными критериями для компаний, занимающихся инвестиционным планированием, являются: объем местного рынка; рабочая сила; валютный риск; возвращение капитала; защита прав интеллектуальной собственности; торговая политика; политическая и экономическая стабильность; инфраструктура и услуги (дороги, порты, коммуникационные сети, юридические, страховые фирмы, коммерческие банки и т.д.)

Современный российский фармрынок аналитики в целом признают инвестиционно привлекательным. В основе этой уверенности лежат прежде всего такие факторы, как быстрый рост рынка и объявленный государством курс на развитие фармотрасли.

По данным исследовательской компании Cegedim, отечественный фармрынок ежегодно прирастает более чем на 15%, что делает его наряду с рынками других стран БРИК (Индия, Китай, Бразилия) привлекательным для международных компаний и локальных инвесторов. Инвестиции в него идут постоянно (даже несмотря на финансовый кризис в 2008-2009 гг.), что подтверждает его стабильность. Так, за последние 20 лет в фармотрасль (в строительство заводов или покупку уже существующих производственных площадок) было вложено не менее 420 млн. долл. (13 млрд. руб.). Были запущены масштабные производственные проекты компаний Gedeon Richter, KRKA, STADA, Nycomed и др. Сегодня эти компании уверенно входят в двадцатку крупнейших фармпроизводителей на российской территории.

«Высокие темпы роста доходов населения, расширяющийся средний класс, увеличивающийся спрос на ЛС для лечения хронических заболеваний и дорогостоящие препараты, обуславливающие рост рынка, безусловно, способствуют привлечению зарубежных компаний на российский рынок, а значит и вложению значительных инвестиций в здравоохранение нашей страны», — полагает Виталий Смердов, ген. директор ЗАО «ФармФирма «Сотекс». С ним соглашается Георгий Соустин, директор по связям с общественностью «Никомед-Россия-СНГ»: «Рост рынка является для нас как инвесторов – основополагающим фактором. Мы решили строить завод в России, потому что масштаб российского фармрынка и объем продаж компании достигли уровня, который оправдывает эти вложения и позволяет нам наиболее полно удовлетворять потребности рынка и гибко реагировать на различные изменения на нем».

Наряду с ростом рынка в значительной степени повлияли на инвестиционный климат и шаги, предпринятые государством по модернизации отрасли.

По мнению Юрия Молчалина, директора по корпоративным связям и работе с госорганами компании «АстраЗенека-Россия», заинтересованность Правительства РФ в развитии собственной фармпромышленности позволяет инвесторам рассчитывать на то, что система здравоохранения в ближайшие годы будет развиваться и укрепляться. Только за последние несколько лет в России было реализовано несколько правительственных проектов (таких как программы ДЛО/ОНЛС, «7 нозологий»), сформирован список ЖНВЛП, были поддержаны инфраструктуры, связанные с госпитальным сегментом. А сейчас обсуждается грандиозная программа модернизации здравоохранения в регионах и модернизация системы ОМС. Особого внимания заслуживает стратегия «Фарма-2020», направленная на совершенствование российской фармпромышленности, в рамках которой российское государство намерено сотрудничать с иностранными компаниями.

Наиболее ярко потепление инвестиционного климата подтверждает объявленный объем инвестиций, который фармкомпании планируют направить в ближайшие годы в фармотрасль. «А это ни много ни мало 142 млрд. руб. частных вложений, — уточняет Давид Мелик-Гусейнов. — Одновременно, по заверениям властей, на модернизацию фармацевтической и медицинской промышленности из средств федерального бюджета будет выделено 123 млрд. руб. Выделенные государственные средства планируется направить на запуск перспективных исследовательских проектов и переоснащение более 160 предприятий. Будут созданы и 17 научно-исследовательских центров по разработке лекарственных препаратов и медицинской техники по всей стране. Можно предположить, что некоторые частно-государственные проекты будут реализованы совместно. Однако 250 млрд. руб. – это примерно тот объем денежных средств, которые должна получить российская фармацевтика в ближайшее время. Окупятся ли эти инвестиции? Вернутся ли они их инициаторам? Будучи оптимистом, отмечу, что вряд ли все эти инвестиции будут реализованы с достаточной эффективностью. Но если хотя бы половина из выделяемого бюджета «сработает», то мы получим достаточно значимый результат».

…Но риски остаются

Отмечая возросшую роль государства в стимулировании притока инвестиций в фармотрасль, не следует недооценивать риски, связанные с постоянно меняющимися правилами игры на рынке. Большое количество инициатив и регулирующих документов, понимание, что практически любой обсуждаемый или уже принятый федеральный закон может существенно повлиять на развитие и конъюнктуру рынка в будущем, мешают фармпроизводителям строить долгосрочные планы, не беспокоясь, что ежегодно в них что-то придется менять.

Существуют и другие, не менее важные факторы, тормозящие приток инвестиций в Россию. Среди них инвесторы чаще всего называют несовершенную систему защиты интеллектуальной собственности, дефицит площадок под строительство заводов с необходимым пакетом услуг по инфраструктуре (что особенно важно для компаний, заинтересованных в локализации производства в России), трудности реализации генериковой продукции и т.д.

«Говоря о рисках для потенциальных инвесторов в российскую фарму, я как представитель отечественной производственной компании хотел бы обратить внимание на рынок сбыта, — замечает Виталий Смердов. — Сегодня, когда отечественный фармрынок активно развивается в генериковом направлении, производители вынуждены все время обновлять портфели, жестко конкурируя с огромным количеством компаний. А поскольку наш рынок в обозримой перспективе останется генериковым, то по крайней мере в ближайшие 5 лет актуальность этой проблемы сохранится. Это означает, что производителям придется соревноваться в двух ключевых направлениях — скорости вывода дженериков на рынок и эффективности их продвижения. Поэтому современная фармкомпания, которая хочет и планирует развиваться, должна не просто инвестировать в производственные мощности, а быть ориентированной на рынок, уделять большое внимание формированию продуктового портфеля, вкладывать значительные расходы в маркетинг, чтобы уметь не только произвести качественный продукт, но и его реализовать».

По словам Юрия Молчалина, инвестирование в фармацевтике — это всегда риск, как в России, так и в любой другой стране. Специфика фармпромышленности такова, что даже самая гениальная разработка, которая на первый взгляд кажется революционной и инвестиционно оправданной, может оказаться «пустышкой» по прошествии длительного количества времени и по факту уже осуществленных финансовых вложений. То есть не исключено, что после 10-12 лет разработки и не менее 1 млрд. долл. вложений надежда на окупаемость инвестиций будет сведена к нулю. Поскольку любые инвестиции в фармацевтику – это крайне длительный процесс, то не всякий инвестор оказывается к этому готов. Но если готов, то успех может быть колоссален». Наиболее привлекательными для инвестирования, с его точки зрения, являются такие области медицины, как онкология, кардиология, а также сахарный диабет. Новые препараты, которые помогут победить социально значимые заболевания, имеют предсказуемую коммерческую эффективность.

«Для любого инвестора риски вложений всегда взвешиваются в сравнении с потенциальной доходностью операций, — подчеркивает Иван Глушков, зам. ген. директора STADA CIS. — На сегодня доходность российского фармрынка оправдывает риски».

Читайте также:  Налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) | ФНС России | 77 город Москва

Курс — на локализацию производства

Одной из тенденций последнего времени является рост инвестиций в организацию и развитие производства на территории России (табл.).

Реакцией фармкомпаний на инициативу государства по локализации производства стала их активная деятельность, направленная на создание фармкластеров в самых разных регионах России. Но справедливости ради надо сказать, что многие компании начали создавать и развивать собственное производство намного раньше официально объявленного курса, например компании STADA (Hemofarm), Servier, «Эвалар», Nycomed. Для них новый вектор в политике государства стал дополнительным стимулом для развития, тогда как для тех, кто только думает о собственном производстве в России, – одним из основных факторов для принятия такого решения.

«Мы задумались о том, что нам нужен завод до того, как идея о локализации начала продвигаться в массы, — говорит Георгий Соустин. — Nycomed еще в 2009 г. объявил, что будет инвестировать в создание производства на территории России, а в июне 2021 г. начал реализовывать эту задачу. На сегодняшний день на выбранной нами площадке уже возведены стены будущего завода». В период с 2021 по 2021 гг. компания намерена вложить до 75 млн. евро в новое производство. Это будет завод полного цикла, на котором планируется выпускать как твердые, так и жидкие лекформы.

Как отметил Георгий Соустин, еще несколько лет назад многие компании, занимающиеся производством на территории России, в основном ограничивались упаковкой ЛС, рассматривая ее как более эффективный вид деятельности, тогда как сегодня фармпроизводители все чаще склоняются к созданию завода полного цикла, считая это более разумным с точки зрения нынешних реалий рынка.

С точки зрения Ивана Глушкова, Россия практически не имеет экономических предпосылок к тому, чтобы производить лекарства дешевле, чем в других странах. Поэтому при принятии решения о том, какие именно стадии производства осуществлять – только упаковку или полный цикл, каждая компания оценивает существующие и потенциальные преференции для локальных производителей в сегменте государственных закупок. Сейчас такие преференции в большей степени политические, нежели экономические, хотя 5 лет назад не было и политических преференций.

Среди тех, кто сегодня ориентирован на создание ЛС полного цикла, — ЗАО «ФармФирма «Сотекс», один из «пионеров» в создании локальных производств на территории РФ. «Изначально наша компания занималась фасовкой и упаковкой лекарств западных фармпроизводителей, но начиная с 2006 г. компания перешла на новый этап развития – лицензионное сотрудничество, в результате которого «Сотекс» стал осуществлять полный цикл производства инъекционных препаратов и их продвижение на рынке России», — напоминает Виталий Смердов.

Сегодня «Сотекс» сосредоточил главные усилия на задаче, связанной с модернизацией ассортиментного портфеля, увеличении в нем доли собственных брэндов, намереваясь в ближайшие 2 года выпустить 8 препаратов под собственными торговыми марками в рамках портфелей «неврология», «кардиология», «ревматология», «нефрология» и «онкология».

По словам Виталия Смердова, «Сотекс» заинтересован в современных лекарственных разработках, поэтому 2 года назад был приобретен контрольный пакет акций в научно-исследовательской компании «Протеиновый контур», которая занимается разработками в области биотехнологий. В настоящее время «Сотекс» продолжает контактировать с профильными НИИ, изучает рынок на предмет интересных активов.

Активно инвестирует в собственное развитие и российский фармпроизводитель «АКРИХИН». В октябре прошлого года компания объявила о запуске масштабной инвестиционной программы, направленной на реконструкцию и модернизацию производственного комплекса компании. Общий объем инвестиций в 2021–2021 гг. составит более 28 млн. долл. По словам Анны Багровой, директора по связям с общественностью ОАО «АКРИХИН», задачами инвестиционной программы являются увеличение производственных мощностей компании для обеспечения растущего объема производства, консолидация производственных площадей и повышение эффективности оборудования. В результате реализации инвестиционных планов мощность производства твердых лекарственных форм возрастет практически вдвое: с нынешних 30 млн. упаковок до 56 млн. упаковок ЛС в год. Мощность производства мягких и жидких лекарственных форм увеличится с текущих 17 млн. до 25 млн. упаковок в год. Кроме того, инвестиционная программа окончательно завершит переход всего производственного комплекса компании на стандарты GMP. Источник инвестиций – в первую очередь собственные средства компании, а также заемные средства.

Говоря об инвестициях, Виталий Смердов особо подчеркнул важность создания качественной производственной базы в соответствии с требованиями GMP, отвечающей последним мировым стандартам: «Это задача №1 для отрасли, поскольку без современных промышленных площадок невозможно говорить о дальнейшем развитии: импортозамещении дженериков, а в перспективе и инновационных ЛС. В то же время многие российские фармпроизводители сегодня не в состоянии делать необходимые инвестиции в основные средства («чистые помещения», качественное оборудование и т.д.), как и не имеют достаточных средств для создания эффективной маркетинговой структуры и формирования высокопрофессиональной команды. Они производят устаревшие МНН-дженерики, которые не требуют глобального маркетинга и участия компании в конкурентной борьбе с «Большой Фармой» и восточно-европейскими фармпроизводителями, сделавшими ставку на брэнд-дженерики еще 10-15 лет назад».


Фокус на маркетинг, образовательные программы и R&D

Между тем было ошибочно полагать, что инвестиции в фармотрасль ограничиваются лишь финансированием строительства или покупок производственных площадок. Компании вкладывают в России в развитие продуктовых портфелей, проведение клинических исследований, маркетинг и другие направления бизнеса, которые, кстати, зачастую неосязаемы и долгосрочны в плане получения эффекта.

В частности, КИ, которые западные фармпроизводители проводят в России, сами по себе представляют инвестиции: в здравоохранение, поскольку пациенты получают инновационную терапию, в медицину, т.к. врачи повышают квалификацию, овладевают новыми методами лечения и включаются в международный исследовательский процесс, и наконец, опосредованно — в отечественную науку, т.к. повышается квалификация врачей как исследователей, а это должны (по идее) использовать отечественные производители в своих исследованиях.

«Притом, что основная часть инвестиций в российскую фармотрасль — это вложения в создание производственных мощностей, для которых в стране созданы необходимые условия, фармпроизводство – не самый капиталоемкий сегмент отрасли, замечает Иван Глушков. — В частности, существенно большие ресурсы необходимы для разработки новых препаратов. А вот всплеска инвестиций в разработку препаратов мы как раз и не видим, возможно, потому, что законодательство в сфере защиты интеллектуальной собственности в России до настоящего момента менее понятно и прозрачно для иностранных инвесторов, нежели другие области права. Если говорить конкретно о STADA как крупнейшем иностранном инвесторе в российской фармотрасли, то следует отметить, что с 2005 г. STADA стала в России владельцем таких компаний, как «Нижфарм», «Макиз-Фарма» и «Скопинфарм», построила завод в Калужской области и инвестировала в разработку лекарственных препаратов, создав в России R&D-подразделение – STADA PharmDevelopment. При этом основная доля расходов компании сегодня приходится на маркетинговые проекты, в первую очередь потому, что на российском рынке до сих пор доминируют брэнд-дженерики. Вторая статья расходов – производственные проекты – постоянная модернизация и поддержание в наилучшем состоянии производственных мощностей компании. Расходы на клинические исследования относительно невелики – это специфика генериковой компании».

Читайте также:  Проценты вклада росельхозбанка

Иная структура затрат у компании AstraZeneca. Поскольку в основе деятельности компании лежат инновации, то основные вложения делаются в R&D и образовательную деятельность, связанную с продвижением инновационных препаратов.

«В настоящее время AstraZeneca активно инвестирует в партнерство с российскими научно-исследовательскими центрами с целью проведения клинических исследований II, III и IV фазы, — рассказывает Юрий Молчалин. — Мы сотрудничаем примерно со 150-200 НИИ. Сейчас нашей компанией в России проводятся исследования по сахарному диабету, пульмонологии, кардиологии, которые находятся на разных стадиях. Кроме того, одобрения Минздравсоцразвития ожидают исследования по онкологии, астме, кардиологии, болевому синдрому.

Реализует инвестиционные программы в России и компания Pfizer, выводя на отечественный рынок новые препараты и осуществляя различные совместные проекты с некоммерческими и другими местными российскими организациями. На сегодняшний день компания зарегистрировала в России более 80 ЛС, включая препараты для лечения кардиологических, урологических, неврологических и эндокринных заболеваний, антибиотики, вакцины и широкий спектр онкологических и гематологических препаратов.

«Благодаря инвестициям компании в России, российские пациенты получили доступ к последним достижениям медицинской и фармацевтической науки», — подчеркнула Ирина Гущина, старший менеджер по стратегическим коммуникациям и работе со СМИ представительства компании Pfizer в России.

Как известно, в развитых странах Запада фармкорпорации значительную часть инвестиций направляют R&D. Как замечает Давид Мелик-Гусейнов, в современной структуре инвестиционных расходов «Большой Фармы» доля затрат на технологический этап (строительство заводов, технического оборудование и т.д.) составляет примерно 15% от совокупных инвестиционных затрат, до 30% от консолидированного объема инвестиций идет в R&D направление. На создание одного инновационного препарата некоторые представители «Большой Фармы» тратят больше 1 млрд. долл. Такие масштабные инвестиции, безусловно, окупаются в перспективе. Препарат необходимо сделать мировым блокбастером, и через 10-13 лет компания-производитель начинает получать заветную сверхприбыль, которую часто инкриминируют «Фарме». Однако сделать препарат блокбастером можно лишь при помощи маркетинга – инструмента, который сегодня недооценен в России.

«Что касается российского фармацевтического маркетинга, то это явление весьма своеобразное, что связано прежде всего с тем, что отечественная высшая школа не готовит специалистов с таким образованием, — замечает Давид Мелик-Гусейнов. – Поэтому недостаток знаний и технологий восполняется опытом, которым делятся с российскими специалистами западные коллеги. Безусловно, самообразование российских маркетологов также является важным источником накопления опыта. Возможно, именно поэтому фармкомпании тратятся на маркетинг в России по остаточному принципу. Если в среднем по миру затраты на этот вид инвестиций составляет около 30% от общей инвестиционной активности, в России этот показатель значительно ниже. Причем даже те средства, которые идут на маркетинг, зачастую включают в себя GR, PR и Market Access расходы. Можно с уверенностью сказать, что российский рынок пока ментально не созрел к классическим инвестициям в маркетинг. Об этом свидетельствует объем средств, которые фармкомпании тратят на этот вид деятельности. Порядка 85 млн. долл. – это объем рынка, который сформировался в сегменте маркетинговых исследований в России. Эти средства осваивают аналитические компании, предлагающие широкий спектр маркетинговых услуг – от баз данных по мониторингу рынка до специальных (ad hoc) маркетинговых исследований. Примерно такой же объем финансирования (80-90 млн. долл.) направлен на внутренние маркетинговые службы фармкомпаний. Таким образом, напрашивается вывод, что в России на маркетинг выделяется около 1% от оборота рынка (17 млрд. долл.). Много или мало это — сказать сложно. В сравнении с другими странами доля затрат на маркетинг очень низкая. Из общения с самими участниками рынка мы часто слышим мнение, что дополнительных потребностей в инструментах маркетинга пока нет.

Проблема, на мой взгляд, заключается в том, что российские маркетологи, осваивая инвестиции, стремятся достигнуть определенного объема продаж, поэтому и часто ставят во главу угла целевые показатели. Однако классический маркетинг позволяет не только увеличить продажи, но и оптимизировать затраты. Часто в общении с представительствами западных фармкомпаний сталкиваешься с непробиваемым аргументом: «Мы не хотим оптимизировать, сокращать расходы, т.к. в следующем году штаб-квартира может урезать инвестиции и у нас будет меньше возможностей для маркетинговых маневров». И в этом плане более заинтересованными в инвестициях в маркетинг становятся отечественные компании. Получается парадокс! Иностранные фармпроизводители инвестируют в маркетинг в большей степени для того, чтобы увеличить продажи, а отечественные компании для того, чтобы меньше тратить ресурсов. Мы специально утрируем, разводя мотивы участников рынка в разные категории. Но, согласитесь, доля правды в этом есть…».

Фармотрасль ждут инвестиции

Тенденция увеличения объемов финансовых вложений в российскую фармотрасль со стороны иностранных компаний, федеральных и региональных госструктур – главных сегодняшних инвесторов — в ближайшие годы, по всей видимости, сохранится. Эти инвестиции будут направлены на создание производственных мощностей, модернизацию фармацевтической и медицинской промышленности, запуск научно-исследовательских проектов, переоснащение большого количества отечественных предприятий. Вопрос в том, на что пойдут эти инвестиции.

Часть фармпроизводителей ограничит свою деятельность выпуском ГЛС, упаковкой, маркетингом препаратов. Другие компании начнут вкладывать средства в перспективные научно-исследовательские разработки.

«В прошлом году Россия впервые вошла в Топ-7 мировых рынков, приоритетных для компании AstraZeneca с точки зрения инвестиционного развития по всем направлениям», — подчеркнул Юрий Мочалин. Он особо отметил, что компания сегодня рассматривает «весь спектр своего присутствия» на российском рынке. Прежде всего, очередь речь идет о возможности локализации производства ее продуктов на территории России, а также увеличении инвестиций в R&D. Кроме того, AstraZeneca намерена осуществлять инвестиции в образование, развитие знаний российских врачей в области инновационных методов лечения тяжелый заболеваний. В планах компании — появление совместных проектов с российскими учеными в области фундаментальных исследований. «Имея в своем арсенале мировой опыт в области инновационных разработок, а также привлеченные инвестиции, российская наука станет реальным поставщиком новых открытий, которые в перспективе будут конкурентоспособны с точки зрения их дальнейшего внедрения и коммерциализации. Развитие же российской фармацевтической науки, в свою очередь, приведет к росту фармпромышленности», — выразил свою уверенность Юрий Мочалин.

Вывод

Паника начинает набирать обороты: я даже представить не могу, на каких уровнях будет находиться S&P500 к моменту публикации этой статьи. Ситуация развивается лавинообразно и каждый день появляется новая информация, которая только нагнетает обстановку.

Нефть дешевеет, валютная пара USD/RUB, соответственно, пойдет покорять исторические максимумы, инвесторы будут бежать от риска в защитные активы, что приведет к росту стоимости золота и японской иены, а вслед за ними начнет укрепляться и доллар по отношению к другим валютам, что приведет в том числе и к падению валютной пары EUR/USD.

В данной ситуации очень сложно будет распознать дно рынка, но так и должно быть. Покупать необходимо тогда, когда уровень страха будет находиться на максимуме, а на такое способны далеко не все инвесторы.

Но всегда можно пойти по другому пути. Акции компаний, представленных выше, которые ещё не выросли на фоне эпидемии коронавируса, потенциально могут принести хорошую прибыль. Не исключено, что кто-то из управляющих этими компаниями в скором времени может объявить о том, что они начинают испытания своего препарата на людях.

В данной ситуации очень высока вероятность блефа, то есть когда вместо настоящей вакцины будет представлен обычный противовирусный препарат, который впоследствии не пройдет испытания, но к тому моменту, когда пройдут испытания, все кто хотел на этом заработать, уже получат прибыль. Наша задача следить за ситуацией и быть готовым использовать момент.

Закладка Постоянная ссылка.
1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...

Комментарии запрещены.